Тель-Авив в тридцатые годы прошлого века

«В мусульманских странах» так называются путевые заметки  общественного деятеля и писателя Гаяз Исхаки (1878-1954). Впервые они были опубликованы в журнале “Яңа милли юл” (“Новый путь нации”) в 1932 году. Автор был среди делегатов Всемирного конгресса мусульман. Для нас представляют интерес впечатления и наблюдения мастера пера об образе жизни и взглядах мусульман Палестины и Египта более 80 лет назад.

Islam-today продолжает публикацию очерка.

В Куддесе у меня было множество знакомых и друзей, однако я не имел времени, чтобы встретиться с ними. Поэтому пришлось ограничиться посещением правления «Арабского общества» и выражения благодарности Мунифу беку аль-Хусейни за его помощь и поддержку, оказанную нам. В местной газете я опубликовал благодарственное письмо и наилучшие пожелания всем людям, которые были знакомы со мной. Затем я покинул Куддес и отправился в Хайфу, где встречался с известным проповедником – шейхом Якубом, имел с ним продолжительную беседу за чашкой ароматного чая. Здесь я встречался с рядом политических и религиозных деятелей. По их настоянию я решил остаться здесь на один день и нашел теплый прием в доме шейха, где меня угостили бухарским пловом и чаем по-казански. На следующий день я совершил поездку в хваленый еврейский городок Тель-Авив благо, что он располагался совсем рядом с Яффой.

Эти населенные пункты соединяла узкая шоссейная дорога, проложенная среди апельсиновых рощ. Об этом городе я был весьма наслышан и представлял его если не как Париж или Берлин, то, во всяком случае, не меньше, чем как Прагу, Варшаву, Дрезден или Анкару. Наняв извозчика, я велел ему отвезти меня в центр города. Не успели мы покинуть пределы Яффы, как очутились не то в сельском поселении, не то в какой-то слободе. Единственная особенность населенного пункта состояла в том, что здесь были широченные улицы. Порой мне казалось, что я нахожусь в Новотатарской или иной слободе Казани, а в некоторых местах города было столь просторно, что мое воображение относило меня в загородную пустошь. Я попросил извозчика умерить шаг и вдруг через десять-пятнадцать минут он заявил, что прибыли в указанное место. Я вскипел, какой же это центр города, если мы находимся  в окружении пригородных дач.

В ответ он живо начал доказывать, что мы находимся в центре города и, указывая на неказистые постройки, заявил, что вот почта, магазины и кафе. Я огляделся по сторонам и, действительно, обнаружил указанные заведения. Пришлось покинуть повозку и удостовериться у прохожего в правильности слов извозчика.  Этот человек, владеющий русским языком, назвал мне несколько улиц и указал, как туда пройти. Я решил пройтись по главным улицам города, надеясь увидеть многоэтажные дома, просторные магазины, учебные заведения и теартры. Однако только девяносто из сотни построек представляли из себя одно-двух этажные домишки, три-четыре оконца которых уныло смотрели на улицу. Их нижние этажи были приспособлены по торговые точки. Чем они торгуют и как они называются, было указано на вывесках.

Примечательно, что все это напоминало улицы заштатного уездного городишка. Да и выставленные в витринах товары представляли собой давно вышедшие из европейской моды одежду и предметы первой необходимости. Я обошел главные улицы Тель-Авива и для того, чтобы  быть уверенным, что нахожусь в центральной части города, я вновь обратился с вопросом к проходившей мимо женщине-иудейке и она подтвердила все. Я убедился, что нахожусь в первом в истории еврейского народа городе, который он воссоздал с тех пор, как был разрушен дворец библейского царя Соломона. И сколько бы я не плутал по улицам этого города, я не обнаружил ни одного нового, красивого строения. На одной из окраин я обнаружил сваленные в кучу строительные материалы – из металла, дерева и камня. Не видно было и самих строителей. Я спросил у сторожившего все это человека, что это значит и почему не ведется строительство. Сторож поведал о том, что стройматериалы доставлены сюда из Америки для возведения домов и долгое время находится под открытым небом и приходит в совершенную негодность, потому что нет средств для освоения.

Нигде я не встретил грандиозных строительных объектов. Только где-то на окраине города трудились несколько человек, которые восстанавливали  небольшие двух-трех комнатные домики. За те два часа, что ушли на знакомство с городом я порядком устал и проголодался. У прохожих я расспросил, как пройти в ближайший ресторан и мне указали на «Казино», расположенный на морском побережье. Таких заведений в Стамбуле в районе Золотого рога возможно тысяча, а может и поболе. Несмотря на то, что время было полуденное, в зале был всего лишь один посетитель, после меня сюда пришли два молодых человека в обществе девушки. Чтобы придать значимость своей персоне, я обратился к официанту на французском языке и попросил мне принести блюда из морской рыбы. После кофе я щедро одарил его чаевыми и стал расспрашивать о достопримечательностях города. Гарсон с удовольствием отвечал на мои вопросы и упомянул все те улицы, по которым я прогуливался. Затем я выбрал один из маршрутов и оказался на совершенно заброшенных и неопрятных улочках, где располагались городские трущобы. Через каких-нибудь десять-пятнадцать минут пути я вновь оказался в Яффе.

Islam-Today

Что Вы думаете об этом?

Оставьте свой комментарий.