• Фаджр
  • Восход
  • Зухр
  • Аср
  • Магриб
  • Иша

Кем был первый хан Золотой Орды, принявший ислам?

Время чтения: 4 мин
1511

Улус Джучи (или Золотая Орда) по праву занимает особое место в средневековой истории Северной Евразии, в значительной мере определив ее историческую судьбу и выработав общее историко-культурное наследие, с которым многие народы современности связывают свое прошлое.

В период Улуса Джучи ислам впервые в истории Восточной Европы и Средней Азии перешагнул государственные и региональные рамки, став религией евразийской тюркской империи. Недаром средневековый персидский историк Ала-ад-Дин Джувейни (XIII в.) написал пророческие строки: «Божественное проведение воспользовалось нашествием чужеземной армии для возвеличения знамени Корана, чтобы возжечь его факел и дать солнцу веры сиять над всеми странами, куда еще не достигло благоухание ислама и где звуки такбира и азана еще не восхищали слуха...» 1.

Для начального этапа истории Монгольской империи (Еке Монгол улус) была характерна определенная веротерпимость, возведенная в закон и имперскую политическую традицию, позволявшая потомкам Чингисхана сохранять свою власть, создавая впечатление, что вероисповедание, если оно законопослушно по отношению к власти монгольских ханов и не призывает к восстанию, является личным делом населения державы.

Единый ханафитский мазхаб, или как ислам распространялся в Поволжье

Чингизиды в полном соответствии с китайской традицией государственного управления насаждали политическую лояльность, а не духовное подчинение своей вере, что было закреплено еще в «Ясе» Чингисхана. При этом ранние Чингизиды, демонстрируя свою верность шаманизму – исконной вере предков, возможно, пытались сохранить идеологическое единство своего дома, следовательно, и империи, унаследованной от Чингисхана.

В этом смысле, очевидно, прав был персидский историк и хулагуидский чиновник Джувейни (XIII в.), который писал, что Бату-хан (1242–1256 гг.) «не придерживался ни одной из религий и сект, он их считал только способом познания божества и не был последователем ни одной из сект и ни одного из религиозных учений» 2. Такое положение, однако, не могло продолжаться достаточно долго.

Действительно, сообщению Джувейни противоречит известие, приводимое Джузджани (XIII в.), о том, что «Бату втайне сделался мусульманином, но не обнаруживал этого и сказывал последователям ислама полное доверие». При этом он ссылался на то, что это рассказывали «некоторые заслуживающие люди» 3.

Вряд ли слух, достигший Делийского султаната, был верным, хотя сам факт благосклонного отношения Бату-хана, особенно в условиях начавшегося противоборства с Хулагу, в принципе, не вызывает сомнений.

В конце правления Бату-хана и его ближайших потомков происходит яростная борьба за влияние на ханский престол между различными группами знати, знаменем которых стало их собственное вероучение. После недолгой борьбы победу одержали сторонники хана Берке (1257–1266 гг.). Ожесточенность столкновения объяснялась, в том числе, тем, что часть Джучидов была несторианами, в частности, ими определенно были жена Бату-хана Баракчин и их сын Сартак 4.

Политически они ориентировались на единую Монгольскую империю и подчинение великому хану. Другая часть знати во главе с Берке-ханом ставила своей целью отделение от Монголии и создание независимого государства. В своей политике сепаратизма эти круги ориентировались на ислам.

Берке стал первым золотоордынским ханом, принявшим ислам, поэтому понятно внимание, которое уделялось этому факту восточной историографией. Современник Берке Джузджани считал, что «Берке-хан принял ислам из рук Сейф ад-Дина Бахарзи» 5, а арабские авторы XIV в. Ибн Халдун и ал-Айни писали, что «Берке посещал в Бухаре мусульманских ученых, беседовал с ними, там же произошло и принятие им ислама от суфийского шейха Шамс ад-Дина ал-Бахарзи, ученика Наджм ад-дина Кубра» 6.

По данным ал-Омари, принятие ислама Берке произошло в то время, когда он возвращался в Поволжье из Монголии с курултая, на котором Мунке был провозглашен великим ханом (1251 г.). О принятии Берке ислама еще до того, как он взошел на трон, упоминает побывавший при дворе хана Бату в 1253 г. французский посол Г. де Рубрук, специально указавший, что «Берке выдает себя за сарацина (т.е. мусульманина. – И. И.) и не позволяет есть при своем дворе свиное мясо» 7.

_______________________

1. Джувейни Ата-Мелик. Чингисхан. История Завоевателя Мира. М., 2004. С. 135.

2. Тизенгаузен В. Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II… С. 21.

3. Там же. С. 15, 35.

4. Тизенгаузен В. Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II… С. 19; О политических обстоятельствах свержения потомков Бату см.: Федоров-Давыдов Г. А. Смерть хана Бату и династическая смута в Золотой Орде в освещении восточных и русских источников (источниковедческие заметки) // Археология и этнография Марийского края. Вып. 21. Средневековые древности Волго-Камья. Йошкар-Ола, 1992. С. 72–82.

5. Тизенгаузен В. Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II… С. 19.

6. Там же. Т. I. С. 369, 478.

7. Путешествия в восточные страны Плано Карпини… С. 117.

"История ислама в России" под общей редакцией Р.М. Мухаметшина

Социальные комментарии Cackle