Ошибки исламистов

Эра исламистов третьего поколения в Турции и Иране наступила в первой половине 21-го столетия. Точной датой можно считать 1997 год. В этот год 28 февраля в Турции произошел постмодернистский переворот, а в Иране к власти пришел Мухаммад Хатами. В Египте третье поколение исламистов появилось на площади Тахрир. Переломные моменты в современной истории Турции Ирана и Египта происходили параллельно с разницей всего лишь в несколько лет.

Естественно, что исламистское движение в процессе развития, оставаясь верным своим «основным идеалам, параметрам и ссылкам» претерпевало изменения параллельно историческим и социальным процессам, происходящим в мире. В принципе так и должно быть. Если какое-либо движение течет, оставаясь верным своим источникам и целям, значит, оно изменяется, сохраняя свое подлинное русло, т.е. традицию. Вопрос, сохранили ли свое подлинное русло исламисты второго поколения в период трансформации, остается открытым.

Если бы исламисты второго поколения смогли вовремя отнестись к себе с самокритикой, они увидели в себе несколько отрицательных моментов, которые ни в коем случае нельзя передавать следующим поколениям.

1. Исламисты второго поколения, к сожалению, получили в наследство от своих предшественников «отрицательное отношение к традиции». Они не смогли различить хранящие верность своим корням «урф (обычай) уммы и достоверную традицию» от «традиционализма и являющегося его продуктом интегризма. Данный факт послужил восприятию их как «приверженцев нововведений», а иногда затаскивал их в сторону излишнего «радикализма».

2. Исламисты второго поколения чрезмерно политизировали ислам. В зоне своего действия они не смогли найти подход к установлению баланса между «гражданским исламом и официальным исламом», который худо-бедно установила история.

3. Обладающий чрезмерно политизированным дискурсом и такой же риторикой исламизм не уделил должного внимания духовной, моральной и познавательной составляющей религии, т.е. тасаввуфу. Именно поэтому у исламистов не получилось дать достойный ответ на интеллектуальном, философском и мыслительном уровне западной философии Просвещения. Во главу угла ставились политические приоритеты, и это выдвинуло вперед мелкие и лишенные высокой культуры формы ведения политики и таких же политиков.

4. Исламистский дискурс, оказавшись под глубоким давлением турецкой модернизации и периода Танзимат, попал под монополию поэтов, писателей и литераторов. Тогда как в модели Аббасидов влияние искусства, литературы и поэзии по сравнению с влиянием философии, науки и познания равнялось нулю. Проблема сегодняшнего исламизма особенно в Турции также заключается в том, что он до сих пор находится «под гнетом» поэтов, рассказчиков и литераторов и лишен настоящих интеллектуалов и ученых.

Не способным отнестись к себе самокритично в вышеозвученных вопросах исламистам вдруг подвернулся случай прийти к власти. Из-за их крайне острого спроса на власть, исламисты второго поколения приняли ее без излишнего углубления в изучение ее современной и неравноправной структуры. Вследствие чего:

А) Исламизм не выработал достойной реакции на вызовы модернизма. Приняв «индивидуум, секуляризм и национальное государство» как данность, превратился в консерватизм. Власть превратила исламистов в государственников, националистов, « политиков-реалистов» и глобальных коллаборационистов. В основе этого лежит вышеозвученное интеллектуальное бессилие перед модернизмом.

Б) Идеал возвращения к Корну и Сунне был снят с повестки дня. Вместо этого были приняты различные «дорожные карты ЕС» и либеральные политики. Благодаря плохим и фальшивым примерам джихад был переименован в террор и позабыт.

В) Не было заново дано определения в рамках ислама социо-политическим структурам и отношениям между личностью и семьей, джамаатами и обществом.

Все это должно было быть сделано. Но не сделалось. В итоге, что мы имеем? Неожиданный успех привел исламистов к власти, но из-за недостаточной выработки идей относительно ее современной сущности и структуры был избран принцип «власть ради власти». Глобальные силы с удовольствием передали власть вчерашним исламистам, которые превратились в сегодняшних консерваторов. Интеллектуалы, обладающие потенциалом стать архитекторами нового мира, превратились в служащих национального государства и/или аналитиков глобальных стратегий. Общественные организации вместо того, чтобы укреплять общество с социальной и моральной позиции превратились в часть борьбы за власть.

Заман