• Фаджр
  • Восход
  • Зухр
  • Аср
  • Магриб
  • Иша

Шариат и обычное право в Османской империи

5435

Османское государство было большим и сложным по организации, поэтому ему нужен был и уголовный кодекс для борьбы с общественно опасными беспорядками.

Османское государство было большим и сложным по организации, поэтому ему нужен был и уголовный кодекс для борьбы с общественно опасными беспорядками.

Исследуя правовую систему Османской империи историки обычно указывают на то, что в ней существовало как бы две системы права – религиозный закон (шариат), который регулировал жизнь каждого мусульманина и вторая известная как орф (урф), которую еще называют обычным правом и которая была ни чем иным как системой законодательных актов, принятых самими султанами.

Однако не следует воспринимать их как две соперничавшие системы законодательства,  ибо они не были призваны подменять одна другую. Система обычного права сложилась исходя из требований конкретных политических и административных обстоятельств, на которые не было указаний в  шариатском праве. Тем не менее, султаны старались не устанавливать каких-либо правил в тех областях, которые были детально в нем  разработаны.

Орф базировался на политических и административных традициях тюркских государств, которые  султаны старались совместить  с исламским наследием  Омейядов, Аббасидов, Сельджукидов и мамлюков, а в подготовке законов, издаваемых султаном (ферманов; перс. «постановление») принимали участие представители Диван-и-Хумаюн (Государственного совета).  В ходе  процесса выработки решения учитывались местные условия и сложившиеся обычаи, поэтому для разных регионов могли приниматься разные законы.

Эти законы в первую очередь должны были упорядочивать деятельность тех, кто управлял различными провинциями Османской империи в целях соблюдения справедливости и недопущения злоупотреблений представителями властей.

Перед опубликованием их обязательно отправляли на экспертизу шейхуль-исламу.

Известно высказывание шейхуль-ислама Эбуссуд-эфенди: «На противоречащее шариату решение не может быть воли султана».

Обычное  право называлось орф-и-падишах (право повелителя) и было упорядочено в кануннамэ.

Османское государство было большим и сложным по организации, поэтому ему нужен был и уголовный кодекс для борьбы с общественно опасными беспорядками. В то же время невозможно было ограничиться лишь телесными наказаниями или смертной казнью. В зависимости от  обстановки в империи требовалась вариативность наказания. Например, в годы финансового дефицита появлялась потребность в увеличении денежных штрафов и введения новых налогов, которые назывались «такалиф -и-орфийе» в отличие от налогов предусмотренных шариатом, называвшихся «такалиф-и-шарийе».

Шариат давал право в случаях, когда конкретное наказание за то или иное преступление не было определено оставлять его на усмотрение султана (та’азир). Кроме этого у правителя было право введения новых налогов.

Так, например, после поражения в морской битве при Лепанто потребовалось увеличить число гребцов на галерах и преступников стали отправлять отбывать наказание именно таким образом.

В канунах ссылки на шариат и орф всегда давались вместе, а шейхуль-исламы обладали абсолютными полномочиями «выслушивать и решать все конфликты по нормам шариата и орфа».

Между   шариатскими судьями и служащими государственного аппарата управления всегда существовало некое соперничество:  последние постоянно стремились расширить сферу применения обычного права, чтобы выносить более суровые наказания, особенно за преступления против государства, тогда как кадии стремились, чтобы они действовали в рамках законов шариата.
Отзвуком этой борьбы можно считать другое высказывание Абуссуд-эфенди: «Кто на стороне аль-и-орф (государственных чиновников) не может быть справедлив».

Следует отметить, что кадии, выполняя свои обязанности ни от кого не зависели. Региональные правители - бейлербеи и санджакбеи хоть и присутствовали на судебных разбирательствах, но  никак в них не вмешивались.

В случае, если местные правители начинали оказывать давление на суд кадий мог передать его прямо на рассмотрение в Диван-и-Хумаюн, тем самым обеспечивая справедливость при судебном разбирательстве.

Ильдар Мухамеджанов

Комментарии

Яндекс.Метрика