К 195-летию со дня рождения Каюма Насыри. Воспоминания современников.

Начало: Воспоминания Сулеймана Аитова: "Каюм Насыри надевал шубу мехом наружу..."

14 февраля исполнилось 195 лет со дня рождения великого татарского просветителя Каюма Насыри (1825-1902). Каюм Насыри был разносторонне образованным человеком.

Написанные им работы посвящены татарской литературе, языку, истории, этнографии и эпиграфике. Кроме того, он занимался составлением учебников и календарей. Из-под его пера вышли также труды по математике, географии, ботанике, медицине, ювелирной работе и др.

Несмотря на то, что его наследие, на первый взгляд, довольно хорошо изучено, есть еще много малоизвестных материалов, связанных с его жизнью и работой.

Мы начинаем цикл статей, посвященных жизни и творчеству этого великого человека. В данной статье публикуются воспоминания Ахмад Хади Максуди (1868-1941) - известного татарского просветителя, языковеда, педагога, журналиста, издателя, общественного и политического деятеля. Это воспоминание было опубликовано Ризаэддином Фахреддином в статье “Габделькаюм Насыри” в 21 номере журнала “Шура” от 1912 года.

Ахмад Хади Максуди. Воспоминания о Каюме Насыри

Когда я преподавал в Крыму в медресе “Зинджирли”, работавший там учитель русского языка Исмаил эфенди Ливанов, написал открытое письмо с просьбой прислать ему биографии известных на территории России писателей и ученых, и разослал его по соответствующим местам.

По возвращении в Казань я сразу же направился к Габделькаюму эфэнди (Каюм Насыри). Когда я к нему зашел, он был одет в казаки (мужская верхняя одежда) из бикасаба (вид ткани) зеленого цвета, на его голове была камчат бурек (особая меховая шапка), а на ноги надеты чулки. В таком виде он объяснял урок двум мальчикам, которые находились напротив него. Поприветствовав, я сказал ему:

- Я пришел по просьбе Исмаила эфэнди Ливанова, он просит вашу фотографию. Будет хорошо, если вы ему лично отправите.

На что он ответил:

- Так как я не видная личность, своих фотографий не имею.

Я сказал:

- Тогда ответьте на его вопросы в письме и отправьте.

Он в жесткой и категоричной форме отказался это делать и сказал:

- Этот народ не спрашивал обо мне, когда я был голоден. А сейчас, когда я сытый, соизволит узнавать о моем положении? Сейчас уже поздно!

Естественно, после этих слов я ушел и больше к нему не заходил. Но этот мир он покинул в абсолютном спокойствии, будто бы заснул крепким сном.

Мухсин Нурулла