Как к предкам татар попали легенды об Искандере Зу-л-Карнайне?

Можно предположить, что чисто хронологически легенды о Зу-л-Карнайне и других коранических персонажах попали в тюрко-татарскую среду не ранее VIII – IX, а вероятнее всего, в XI – XII вв., то есть уже после того, как они были переосмыслены и переработаны на персидской почве. Другой вопрос – как они попали к предкам татар: напрямую от персов или при чьем-то посредничестве?

Упомянутая в «Фарханг-и наме» история о поиске Зу-л-Карнайном «источника жизни» или «живой воды» также получила широкое распространение среди тюркских народов. У татар в дастане «Буз егет» («Непорочный юноша») Зу-л-Карнайн рисуется как великий завоеватель и «справедливый хан», который покинул этот мир в 29 лет, не найдя «вечной воды».

После Махмуда Кашгари наиболее подробно историю Зу-л-Карнайна рассмотрел тюркоязычный писатель конца XIII – начала XIV вв. Наср ад-Дин Рабгузи в своей известной книге «Кыссас ал-анбия» («Сказание о пророках», 1311). Интересно, что, согласно среднеазиатским легендам, Рабгузи являлся чуть ли не сподвижником пророка Мухаммада, который будто бы велел ему описать его жизнь и жизнь бывших до него пророков, а позже послал его в тюркские земли с поручением распространять ислам. Интересно, что Рабгузи прозвище «Зу-л-Карнайн» (араб. – двурогий) объясняет тем, что на голове Искандера имелось «два позолоченных рога».

Именно так трактуют прозвище Зу-л-Карнайна и татарские сказки. Например, в сказке «Рогатый падишах» у него имелся именно золотой рог, правда всего один. В татарском варианте падишах никому его не показывал. Он ежегодно стриг волосы, а потом казнил парикмахера, увидевшего рог. По мнению татарского ученого-фольклориста А.Х. Садековой, «татарский народ, в отличие от арабских легенд, этот рог, как видно, считал уродством, которого следовало стыдиться». 

У Рабгузи подробно говорится также о столкновениях Зу-л-Карнайна с Йаджуджем и Маджуджем, о его походе за «живой водой», но совершенно не упоминается о Булгаре (по крайней мере, в рассмотренном нами критическом тексте его произведения). Интересные версии о походе Зу-л-Карнайна за «живой водой» встречались и в татарских шеджере. Например, в одном из таких обнаруженных археографом М.И. Ахметзяновым документов говорится, что город Булгар был основан Искандером Зу-л-Карнайном во время его похода за «вечной» водой к «Боз дингез» («Ледовитому морю»).

Любопытно продолжение этой легенды. В 1240 г., когда на Булгар напали войска Батыя, во главе освободительного движения стал некий султан Бачман – предводитель рода «ал-бурлук», которого шеджере называет потомком Зу-л-Карнайна.

В качестве отступления хочется отметить, что предания о родстве с Зу-л-Карнайном были более всего распространены среди народов Средней Азии. Например, правители Бадахшана считали себя потомками «царя Александра и дочери царя Дария, великого властителя Персии».

Ученые полагают, что сказания о Зу-л-Карнайне существовали здесь еще до проникновения ислама, и с приходом мусульманской религии также остались бытовать среди народа, а письменно были оформлены в начале II тысячелетия н.э. Помимо бадахшанцев, жители Самарканда и Оша также считали себя причастными к истории Искандера Зу-л-Карнайна и полагали, что их города основал именно он.

Сообщения о связи Зу-л-Карнайна с основанием городов в Средней Азии попадали и на страницы книг арабских историков. У Ибн Хордадбеха говорится о том, что, возвращаясь из Китая, где он возводил заградительную стену против Йаджуджа и Маджуджа, Зу-л-Карнайн, дойдя до земли Согда, «…построил там Самарканд и город, известный под названием ад-Дабусийа, а также Искандарийю Дальнюю, потом он отправился в землю Бухары и построил г. Бухару».

Все вышесказанное дает нам основание предполагать вероятность того, что татарские легенды, повествующие об основании Булгара Искандером Зу-л-Карнайном, помимо всего прочего, имели и среднеазиатские корни, то есть являлись легендами второго уровня, основанными на среднеазиатском материале. Особенно возрастает эта уверенность в свете последних изысканий ученых-историков, которые полагают, что исламизация Волжско-Камского региона произошла по вектору Бухара-Булгар, а не Багдад-Булгар.

Различных вариантов легенд о Зу-л-Карнайне немало и в татарском фольклоре, старописьменных и печатных источниках. Встречаются они и в художественной литературе периода Золотой Орды. Например, в стихах золотоордынского поэта Мауляна Исхака (XIV в.), которые были помещены в стихотворный сборник «Китабе «Гулистан» бит-тюрки» (Книга «Гулистан» по-тюркски), составленный в 1391 г. Сайфом Сараи (около 1321–1396), иносказательно говорится о походах Александра Македонского «за живой водой», правда без указания места и времени. Мы часто пытаемся понять некоторые явления прошлого с точки зрения современного человека, который привык мыслить на основе голых фактов и цифр.

Мышление средневекового человека было более образным, менее логичным, и превращение какого-то реального исторического события в легенду, в полумиф было вполне естественным явлением, тем более что большинство информации в то время распространялось изустным способом.

Упомянутые выше легенды, помимо всего прочего, играли и своего рода пропагандистскую роль в деле исламизации тех, кто еще сомневался или колебался в принятии новой религии, и по мере утверждения ислама теряли свою мусульманскую окраску и принимали несколько сказочный, занимательный характер. Тем не менее, если эти рассказы дошли до наших дней и не сходили с уст предков татар, как минимум, тысячу лет, значит, они полюбились народу и превратились, по определению З. Фрейда, в своего рода «коллективное бессознательное», вещь, которая веками естественно существует рядом с народом и так же естественно переходит из поколения в поколение.

Азат Ахунов. Татарские легенды о Зу-л-Карнайне