Ирак и аравийские монархии

Начать следует с того, что Ирак крайне негативно воспринимает политику некоторых аравийских монархий, которые активно вмешиваются во внутренние дела ряда арабских государств, прежде всего, поддерживая оппозиционные правящим режимам силы суннитского толка.

В случае с Ираком, страны ССАГПЗ официально заявляют, что желают видеть Ирак единым и стабильным, однако ряд особенностей современного политического положения Ирака делает его еще одной ареной противоборства суннитских монархий и шиитских республик в регионе.

Монархии с тревогой воспринимают усиление позиций Ирана в Ираке, в то же время возрождение сильного и самостоятельного Ирака для саудитов, например, будет означать рост соперничества на рынке углеводородов, чего они, естественно, не желают. Отношения Ирака с Саудовской Аравией складываются сложнее чем, пожалуй, с другими монархиями Персидского залива. Связано это с целым рядом факторов, среди которых разногласия по Сирии и откровенно неприязненное отношение Эр-Рияда к личности премьер-министра Ирака Н. аль-Малики. Сам премьер и другие иракские руководители, в свою очередь, обвиняют Саудовскую Аравию в негативном отношении к багдадским властям, во вмешательстве в иракские дела и разжигании насилия на территории страны, в стремлении разжечь в Ираке гражданскую войну, «как это случилось в Сирии». Критикуются власти Ирака и за «сектантскую», с точки зрения официальных лиц КСА, политику иракских властей, притесняющую иракских суннитов. Но, несмотря на это, страны предпринимают совместные инициативы в области обеспечения региональной безопасности и не прекращают экономических контактов. Однако до нормализации отношений еще очень далеко.

Другая монархия, отношения Ирака с которой переживают далеко не лучшие времена – Катар. Катарские власти критикуются иракцами за поддержку экстремистов в Сирии, а катарский телеканал «Аль-Джазира» запрещен к вещанию в Ираке из-за просуннитской политики его руководства.

Существенно ухудшились отношения Ирака и Бахрейна, где войска достаточно жестко подавили восстание шиитской оппозиции. Официальные лица резко осудили применение силы против демонстрантов. Было сокращено воздушное сообщение с Бахрейном. В ответ власти Бахрейна не преминули напомнить иракцам, что внутренняя политика Бахрейна – это дело самих бахрейнцев.

Гораздо лучше обстоят дела в отношениях с Кувейтом. Особенно позитивным моментом в отношения двух стран воевавших друг с другом в 1990 году стало то, что Ирак официально признал независимость Кувейта, согласился с демаркацией кувейтско-иракской границы и перечислил почти три четверти объема репараций, наложенных на Ирак из-за вторжения в Кувейт и составивших 41 млрд. долл. Нормализация отношений полезна и для самого Ирака – благодаря успехам в нормализации иракско-кувейтских отношений Совбез ООН в июне 2013 г. принял резолюцию об отмене основных санкций, введенных в 1990-1991 гг. против Ирака. Впрочем, взаимное недоверие все еще продолжает сказываться на двусторонних отношениях этих стран. Так, строительство Кувейтом морского порта близ границы с Ираком вызвало гнев иракского руководства, заявившего, что это угрожает безопасности их государства.

Нейтральные отношения сохраняются с Оманом и ОАЭ. Если с Оманом отношения Ирака просто находятся на низком уровне, а султанат не пытается вмешиваться во внутренние дела Ирака, то ОАЭ рассматривают Ирак в качестве важного регионального партнера и охотно размещают там свои инвестиции.

Таким образом, отношения Ирака с аравийскими монархиями нельзя назвать безоблачными. И дело здесь не только в том, что у власти в Ираке находятся представители шиитской ветви ислама, но и в том, какую позицию занимает Ирак по ключевым региональным проблемам.