С кем из выдающихся ученых своего времени дружил Шигабутдин хазрат?

В 1915 году во время подготовки к вековому юбилею выдающегося религиозного и общественного деятеля, ученого и философа Шигабутдина Марджани (1818-1889) в Казани была издана книга, посвященная великому ученому. В нее вошли сочинения богослова, воспоминания о нем. Среди авторов этого фундаментального труда был Шагар Шараф – крупный ученый и журналист. Именно ему выпала честь написать наиболее полную и достоверную биографию  богослова.

Islam-today продолжает публикацию глав из этого очерка

"На моей памяти папа два раза по просьбе гостей фотографировался. В первый раз по настоятельной просьбе американского путешественника, а во второй для, издававшегося в Лондоне сборника  «Даиратуль-магариф» (по другим сведениям энциклопедического словаря). Я не помню его высказывания о допустимости или нежелательности по Шариату фотографирования. Только однажды он вскользь заметил: «Простолюдины, естественно, будут против фотосъемки, ведь их не убедят слова о том, что и у турок принято делать снимки. Если я скажу, что видел фотопортрет бухарского эмира, это, возможно, подействует на тех, кто находится под влиянием Бухары".

Марджани увлекался стариной и коллекционировал утварь, по высокой цене скупал древнюю посуду. Придавал значение своим снам и рассказывал их нам. Нам он поведал о том, что в юности ему один раз приснился пророк Муса и два раза праведный халиф Омар. Богослов остерегался некоторых вещей и отдельных дат. (Галия ханум привела некоторые примеры, но мы посчитали, что нет необходимости упоминать здесь их).

Летом, если не выбирался на дачу, отец любил частенько выезжать в деревню или пригороды Казани. 

Хазрат несколько ревностно относился к женскому полу. Он не приветствовал, когда меджлисы с участием женщин оканчивались вечером. Не любил когда жена и дочери днем надолго покидали дом, наряжались вычурно, однако он имел привычку, собрав всех домочадцев, проехаться в экипаже по улицам Казани, где обитало в основном русское население. По месту жительства хазрат выписывал из Стамбула газеты «аль-Джуаиб», «Басират» и другие. Марджани с первого номера был подписчиком газеты «Тарджеман». Нельзя сказать, что он настаивал на том, чтобы домашние читали, однако сам, когда прочитывал любопытную статью, непременно указывал на нее или знакомил близких с ее содержанием.

Однажды, когда он был у губернатора, тот оказал ему радушный прием и весьма уважительно беседовал с гостем. Вернувшись домой, хазрат заметил: «Советуют сторониться льстивых  вельмож, да и этот господин, видимо, не исключение. Надо будет остерегаться его». А однажды губернатор, прогуливаясь по слободе, заглянул в дом ученого. Хазрат в это время отдыхал в своих покоях, и служанка не стала его беспокоить. После того, как он проснулся, ему доложили, что приходил богатый русский и его не допустили в дом. Позднее Марджани  в качестве извинения за недоразумение принимал губернатора у себя дома.

  Шигабутдин хазрат особо сблизился с востоковедом Готвальдом (Иосиф Федорович Готвальд, 1813-1897) часто бывал у него и сам востоковед был частым гостем в доме хазрата. Они подолгу беседовали о науке. Постоянным гостем Марджани был также другой крупный ученый Радлов (Василий Васильевич Радлов (Фридрих Вильгельм, 1837-1918). Он  иногда приводил с собой своих друзей и гостей. Хазрат отзываясь о нем, иногда говорил: «Амбиции превалируют над его ученостью». Одно время хазрат, сблизился с семьей главного врача лечебного учреждения, он даже возил в гости к медику своих жену и детей. Затем принимал их семью у себя дома. Марджани с восторгом делился впечатлениями: «Их дочери свободно изъясняются на трех-четырех языках, помимо этого изучают музыкальную грамоту, а потому вам мой совет – учите языки». Желая обучить своих детей языкам, он обратился к Готвальду, и востоковед составил по его просьбе азбуку древнееврейского языка. Образцы письма дочерей хазрат показывал Радлову. Ученый не запрещал детям изучать русский язык и дисциплины, но был против, когда в разговоре употреблялись слова из чужого наречия. Он порой требовательно заявлял: «Я не русский, со мной говорите только по-татарски!» (Здесь завершаются записи, которые нам любезно предоставил Тагир эфенди Ильяси).

В заключение хотим в некоторой степени прояснить взгляды Марджани на позирование перед фотоаппаратом и вообще его отношение к портретам людей. В своем дневнике хазрат пишет как по просьбе американского консула снимался на фото и подарил свое изображение дипломату. Во второй раз ему пришлось сниматься для английского сборника  «Даиратуль-магариф». К нему обратился представитель этого издания некто по имени Йеуджей с просьбой предоставить фотографию и краткие биографические сведения. Об этом уже упоминалось выше. По нашим сведениям, Шигабутдин хазрат был первым из мударрисов и татарских мулл Казани, кто разрешил сделать свой фотопортрет. Пользуясь случаем, приведем некоторые хадисы и высказывания по поводу позирования перед фотообъективом, учитывая то, что Марджани был очень набожным человеком и весьма щепетилен в исполнении канонов Шариата.

Вспоминает Садык эфенди Галикай: «Как-то во время беседы речь зашла о фотосъемках и Марджани сказал: «Во времена Пророка Мухаммада (мир ему и благословление Аллаха) поклонение изображениям человека было обычным явлением. В первое время, когда началось распространение Ислама, стоило в наставлениях имама допустить слабинку, и арабы были готовы начать вновь поклоняться нарисованным образам и идолам. Именно поэтому Посланник Аллаха (мир ему и благословление Всевышнего) категорически запрещал использовать изображения и стремился искоренить идолопоклонство. В настоящее время угрозы возврата к этим вещам нет».

Свидетельствует Хасан эфенди Акчурин: «Однажды я поинтересовался у хазрата, можно ли фотографироваться? Он ответил: «Нет большого запрета, если портрет не вывешивается на стену».

Как-то во время меджлиса возник спор, допустимо ли совершать намаз напротив зеркала, богослов  заметил: «Совершая намаз, никто не ставит цель освятить изображение в зеркале, поскольку то, что отображается в зеркале, не представляется харамом». Сказав это, он направился в зал, где были развешаны зеркала и там совершил намаз.

С книгой «Марджани» 1915 года издания  можно ознакомиться на портале www.darul-kutub.com

Islam-Today

Что Вы думаете по этому поводу?