Камалов и Расулев: два сменяющих друг друга поколения шейхов

Фото: из архивов Ислам-тудей.

Величайшие суфии: кем был Мухаммад-Закир Чистави Камалов?

Переходя к характеристике деятельности другого выдающегося суфийского шейха Зайнуллы Расулева, следует отметить, что в жизни двух религиозных деятелей было много похожего.

Оба суфийских шейха жили в уездных городах, исторически сформировавшихся под влиянием торгового капитала (Чистополь и Троицк), были руководителями известных в регионе мусульманских образовательных заведений – медресе, имели множество последователей (мюридов).

В то же время нельзя не обратить внимание на то, что Закир Камалов и Зайнулла Расулев составляют два сменяющих друг друга поколения суфийских шейхов своего времени. Это уже уходящий типично традиционалистский тип муршида в лице Закира Камалова и осознающий необходимость осторожной модернизации некоторых сторон жизни мусульманского общества, новый тип суфийского наставника в лице Зайнуллы Расулева. 

В отличие от Закира Камалова шейх Зайнулла Расулев в течение своей жизни претерпел определенную эволюцию, что выразилось не только в переходе из ветви Туркмания в ветвь Халидия Накшбандийского тариката, но и в стремлении приспособить достижения эпохи к нуждам мусульманского населения России.

Фото: из архивов Ислам-тудей

В отличие от чистопольского шейха, Зайнулла Расулев совместно с другими троицкими имамами с 1893 года вводит новый, звуковой метод обучения в местные учебные заведения мусульман (мектеб) и выносит фетву, обосновывающую необходимость перехода к новым методам обучения шакирдов в мектебах и медресе.

Более того, по воспоминаниям очевидцев, в 1901 году Зайнулла ишан признал допустимым обучение мусульман в русских учебных заведениях с целью получения светских профессиональных знаний. И это, несмотря на то, что многие имамы Волго-Уральского региона высказывались по этому вопросу отрицательно и выступали против обучения мусульманских детей в русских школах из-за боязни перед давлением русской культуры и православия.

Эволюция Зайнуллы Расулева может быть объяснена двумя основными факторами: с одной стороны, вероятно, сказалось влияние его наставника (муршида) Зияуддина Гюмюшханеви, так как именно после перехода в Халидийю З. Расулев стал приближаться к мысли о необходимости реформ в образовании; с другой стороны, влияние может быть связано и с историческими условиями, так как на рубеже веков стали проявляться последствия многовековой замкнутости мусульманского общества России.

Фото: из архивов Ислам-тудей.

Ушедшая история: влияние тариката накшбандийа на религиозные структуры

Кроме того, сам Троицк воочию показывал социокультурную и экономическую дихотомию «Россия – мусульманская Азия», в которой местным татарским купцам и мусульманам надо было искать новые пути выживания в ходе конкурентной борьбы с наступавшим «русским» капиталом.

Однако не подлежит сомнению тот факт, что Зайнулла Расулев был одним из немногих крупных суфийских шейхов России начала ХХ века, кто отстаивал необходимость дать ответ на «вызовы» эпохи через усвоение новых знаний. 

Таким образом, приведенные примеры позволяют в дальнейшем рассматривать историю тасаввуфа в России рубежа XIX – ХХ вв. не только в контексте эпохи, но и с точки зрения внутреннего динамизма тасаввуфа как особого религиозно-культурного феномена, который всегда стремился не только к духовному совершенствованию суфиев, но и дать ответы на «вызовы» своего времени.

Суфизм был важнейшим компонентом ислама в Волго-Уральском регионе. Это аскетическое учение и практика нравственного самосовершенствования под руководством особых наставников, которых называли шейхами, ишанами или муршидами. Одним из таких лиц, достигших путем многолетних умственных усилий и тренировок воли состояния просветления и мысленного общения со Всевышним, был Зайнулла Расулев.

Ахметшин Д.Ф. «Ушедшая история»