• Фаджр
  • Восход
  • Зухр
  • Аср
  • Магриб
  • Иша

«Человеку трудно жить с Богом в душе и мыслях, слишком многое его отвлекает», - Лейла Бахадори

Время чтения: 7 мин
4562

Лейла Наталья Бахадори. Паломничество. Мекка, 2013г.

Лейла Наталья Бахадори. Паломничество. Мекка, 2013г.

Лейла Наталья Бахадори – автор двенадцати книг о жизни в исламе, активный блоггер, публикующийся на исламских информационных ресурсах, ведет авторский сайт. А главное занятие  – воспитание  замечательных детей  – Сафиии и Бараката.

Мысли и поступки человека в исламском измерении

Islam-Today: На авторском сайте Вы интересно осмысливаются поведенческие модели взрослых и детей в свете ислама. И, судя по тому, как расставлены акценты, Вас более вдохновляет веяние религии в литературных набросках, размышления о Боге между строк. Так ли это?

Л.-Н. Бахадори: Я так глубоко не анализировала свое творчество, если задуматься, то, возможно, это и так. Мне нравится смотреть на всё глубоко и всесторонне, меня интересует человек, то как он чувствует и ведет себя в социуме. Меня всегда удивляет, насколько схема жизни, которую предложил людям ислам полторы тысячи лет назад, на данный момент продолжает быть самой прочной платформой. Хотя мир так сильно изменился, но ислам в состоянии предложить и этому измененному миру  совершенный рецепт счастья и успеха.

Islam-Today: В зарисовке «Пастухи и овцы» интересный сюжет о двух типах лидеров: первый одержим правом управлять людьми, второй – редко встречающийся тип – с Богом в душе и мыслях. Вы не находите, что причина – в системе воспитания, от садика до вуза уводящие от Бога, оттого светлые личности – редкость.

Л.-Н. Бахадори: Светлых личностей всегда были единицы и искать причину для этого нужно не в том, что переменно. То есть раньше не было садиков и вузов, однако это же не влияло на количество светлых людей. Они редки и все тут. И не всегда у светлых родителей будут светлые дети, но больше влияют все-таки они, а не учреждения. Человеку трудно жить с Богом в душе и мыслях, слишком многое его отвлекает. Но  когда он живет с Богом в душе и мыслях – ему легче жить.

Islam-Today: Богу было угодно сближение мусульманской уммы, с благородными существами через жертвоприношение на Курбан-байрам. Человеку эти покорные животные дают материальные блага: мясо, овечий сыр, шерсть, и даже мягкие молитвенные коврики(намазлык). Однако мусульмане утрачивают корневые связи, мигрируют для работы дворником или на рынках, а в аграрном секторе говорят о нехватке кадров для разведения породистых овец. Как скоро в мусульманской умме восстановится система ценностей?

Л.-Н. Бахадори: Наверное, в этом поможет данный кризис. Точнее я надеюсь на это. Мы видим, что уже произошел отток мигрантов, они вернуться на свои земли и вернутся к своим историческим видам деятельности, так сказать. И это будет лучше, чем работа дворником. Хорошо, если их поддержат в этом, создав условия и места для сбыта своей продукции.

Islam-Today: Вы много пишите на тему воспитания детей, и Ваши детки растут в исламе. О чем были первые рассказы детям о Боге, какова была реакция ребенка?

Л.-Н. Бахадори: Наверное, я не помню. Потому что разговоры о Боге с детьми в нашей семье велись еще на стадии «мы ждем прибавления». Я помню, что даже на первых встречах со своими малышами, я что-то говорила им про Всевышнего. Это все очень органично, и происходит на протяжении всей их жизни. Они задают вопросы, я отвечаю. Возникают какие-то ситуации, конфликты, надо принять какие-то решения – мы все обсуждаем с духовной точки зрения. Нет ничего искусственного, для нас ислам это как дышать.

Islam-Today: Антропологические изменения, превращение человека в бессознательного и homo user – процесс, который законами не остановить. Отчего политики во всем мире забили тревогу и лицом развернулись к религии. У Вас нет беспокойства за детей, как Вы строите их отношение ребенка к социальным сетям?

Л.-Н. Бахадори: Я стараюсь чтобы помимо Интернета у них были и другие интересы. Они видят как я провожу весь день за компьютером и мою активность в соцсетях ,и знают что это у меня работа. Мы говорим о том, что через общение в Интернете можно распространять ислам, мои дети предупреждены с кем не надо общаться и знают об опасности экстремизма. Я имею доступ к страничкам сына и могу просматривать его контакты. Так же время с компьютером у нас ограничено, дети до пяти в школе, поэтому и возможности нет. В нашей школе телефоны дети в класс не приносят.

Islam-Today: Как Вы относитесь к распространенному формату воспитания ребенка в семье: от 0 до 7 (5) лет – царь, от 7 до 17(15) лет – раб, а после 17(15) – равный. Насколько эти параметры отвечают вашей модели воспитания ребенка в исламе?

Л.-Н. Бахадори: Наверное, только сейчас поняла, что это и есть моя система. Интуитивно я ее выбрала и практикую. Я о ней слышала когда-то, но не думала что практикую именно её. Просто возникающие ситуации и мои способы поведения в них меняются, по мере роста моих детей, уже сейчас я вижу, да, сначала ребенок – это «царь». Хотя и с ограничениями, но очень либеральное было воспитание. Сейчас ребята уже миновали семилетний рубеж и наступил период строгости. Насчет «равный» я не согласна сейчас. Всё-таки положение родителя не должно быть на уровне «подружка». Но, конечно же, уже и не раб. Дорастем – увидим.

Islam-Today: Приобщению к труду, трудовому воспитанию какое Вы им придаёте значение? Есть у детей навыки?

Л.-Н. Бахадори: Очень большое. Мне важно не вырастить иждивенцев и белоручек. Мои дети помогают по дому, умеют готовить простейшие блюда, погладить, сын умеет забить гвоздь, поменять лампочку, понемногу ремонтирует нам ломающуюся мебель.

Islam-Today: Как Вам живется в многонациональном Дагестане, Вы его полюбили? Нет ли ностальгии по Москве?

Л.-Н. Бахадори: Дагестан – мой настоящий дом, моя духовная родина, место где я только чувствую себя на своем месте. Дагестан моя любовь, у меня к нему очень пылкие чувства. Я скучаю когда нам приходится расставаться. По Москве нет ностальгии вообще. Даже удивительно. Родиной я чувствую Дагестан и вообще именно тут я прочувствовала что такое любовь к родине. Здесь нет национализма, особенно к русским. А то, что о нем рассказывают – это специально придумывают чтобы раскачать эту тему.

Islam-Today: Известное в исламе выражение «Любовь ради Аллаха» – может заменить психологическое пособие по семейным отношениям, если следовать смыслу. Вам близко это выражение в жизни?

Л.-Н. Бахадори: Если следовать смыслу – да, это совершенный рецепт. В жизни – близко. Хотя практиковать не всегда получается совершенным образом. Любовь ради Аллаха уровень высокий, практически ювелирное искусство. Никогда невозможно сказать, что ты уже овладел им в должной степени.

Islam-Today: Вы совершили хадж, что прописалось в душе навсегда, пребывая в пресветлой Мекке и Медине? Многолюдность и жара, наверное, куда-то уходили при общении с Богом на промоленной земле?

Л.-Н. Бахадори: Я вообще не помню ни многолюдности, ни жары, ни еще каких-то бытовых моментов. Там, в хаджии совсем на другом уровне живешь. Все это становится так неважно, вообще ничего неважно становится. Я думала буду за детей переживать, первый раз разлучилась с ними так надолго, да еще и уехав так далеко. Но я ни разу даже не позвонила спросить, как у них дела. Знала, что если случится – мне сообщат. Все остальное оставила на Всевышнего Аллаха. Хотя раньше не могла представить такое. Просто там ты … как в другом измерении.

Там понимаешь самые важные вещи, не только понимаешь – глубоко чувствуешь их, даже словами не можешь сказать, их понимает сердце, а выразить ты не можешь. Потом живешь с ним, с этим пониманием уже дальше.

Islam-Today: Всевышний безошибочно создавал мир согласно бесконечной гармонии для человека, но если все человечество пожелает, – не создаст простого яблока. Вы не задумывались, – для чего Бог сотворил человека?

Л.-Н. Бахадори: Зачем задумываться, если Он уже ответил на этот вопрос – Он сказал, что создал нас только для поклонения. Какие еще могут быть размышления?

Светлана Мамий, Москва

Понравилось интервью? Сделайте репост на facebook!

Социальные комментарии Cackle