«Опасная» сила: отношение к исламу и мусульманам в самодержавной России

Екатерина II.

C восшествием на престол императрицы Екатерины II (1762–1796) прагматичное отношение к инаковерующим становится доминантой российской внутренней политики. Из преследуемой религии ислам превращается в признанную государством конфессию – с официальным статусом и институтами.

Этот поворот в политике начинается с закрытия в 1764 г. Новокрещенской конторы, а затем принятия синодского указа 1773 г. «О терпимости всех исповеданий и о запрещении архиереям вступать в дела, касающиеся иноверных исповеданий...». 

Прямым следствием потепления государственно-исламских отношений стали:

1. юридическое оформление статуса мусульманского духовенства и создание его институтов в лице муфтиятов (в 1789 г. было создано Оренбургское магометанское духовное собрание, в 1831 г. – Таврическое магометанское духовное правление);
2. расширение сферы действия мусульманского права (передача в компетенцию этих мусульманских духовных органов решение вопросов наследования, семейно-брачных отношений, ведения метрических книг);
3. разрешение мусульманскому духовенству осуществления миссионерской пропаганды на окраинах империи (самодержавие признало интегрирующую роль ислама и привлекало татарских мулл к «окультуриванию» кочевников казахских степей; поволжские татары уже были своими верноподданными и должны были стать преградой на пути проникновения в Казахстан исламских проповедников из среднеазиатских ханств – Бухарского, Кокандского и Хивинского).

Однако с предоставлением исламу статуса «терпимой» религии миссионерская деятельность среди его последователей также оставалась в числе задач государственной политики.

Курс на конструктивное взаимодействие с последователями ислама, ставший при Екатерине II приоритетом государственно-исламских отношений, в целом был продолжен ее приемниками, хотя случались и периоды охлаждения.

В XIX в. мусульманское население России являлось объектом активной правовой унификации. В российском законодательстве возникли целые разделы, регламентирующие жизнь мусульман и их духовных институтов. Государство, ориентированное на православие, стремилось навязать его нормы жизни представителям других вероисповеданий.

«Борьба за веру Магомета»: как запрещали ислам во времена Петра I

Так, в 1830 г. Сенат издал указ «О не отступлении от общих правил при погребении магометан» , нарушавший традиции погребального обряда у татар. В 1835 г. на мусульман распространили возрастные рамки для вступления в брак, установленные для православных. При заключении брачных союзов с христианами им надлежало оставить свою веру. Более поздние законодательные акты санкционировали браки мусульман с католиками, лютеранами и протестантами, однако дети от них подлежали обязательному крещению.

Оставалась незыблемой и монополия православной церкви на ведение миссионерской деятельности. Согласно «Уложению о наказаниях уголовных и исправительных» 1845 г., обращение в ислам нерусского населения каралось наказанием палками или плетьми с последующей ссылкой на каторжные работы сроком до 15 лет.

В 1850–1860-е гг. происходит «открытие» русской общественностью особого, развивающегося по своим законам «мусульманского мира». Перед властью вновь встал вопрос об отношении к мусульманству вообще, особенно к татарам как его основным представителям в центре империи.

Ислам начинает рассматриваться не просто как «инородное» вероисповедание, а как «опасная» сила для самой самодержавной власти. Практическим выражением данной позиции являлось создание системы правовых ограничений для мусульман на уровне подзаконных и ведомственных актов. Наблюдается усиление миссионерской активности среди поволжских татар, отказ от ориентации на количественные показатели и перенос внимания на качественную сторону процесса.

В поведении властей проявилось стремление ослабить воздействие Оренбургского муфтията на мусульман, желание поставить барьеры распространению влияния татарских мулл в восточных регионах империи, сделать мусульманское духовенство более зависимым от царской администрации путем введения образовательных и других цензов.

От гонений к терпимости: отношения российского государства с исламом

Религиозными мотивами объяснялся запрет представителям татарской буржуазии заниматься предпринимательской деятельностью и владеть недвижимостью в среднеазиатских областях, установление ограничений для мусульман на преподавание в казенных учебных заведениях и занятие должностей в органах местного самоуправления.

В XIX столетии существовали разного рода цензы и другие ограничения на занятие должностей в органах управления. К примеру, в сельской местности, в селениях, обществах и волостях, где наряду с христианами проживали мусульмане, последние могли быть избраны не волостными начальниками, старостами и т.д., а лишь их помощниками.

В 1859 г. Государственный совет разрешил казанскому городскому обществу избирать мусульман заседателями судебных палат с условием, чтобы их число не превышало количества заседателей из христиан. Однако уже «Городовое положение» 1870 г. ужесточило эту норму, определив, что число нехристиан не может превышать одной трети состава городских управ. В дальнейшем эта пропорция стала обязательной для всех государственных присутствий.

В таком стесненном положении мусульмане находились до начала XX в., когда революционная ситуация в России вынудила правительство пойти на либерализацию национальной политики.

"История ислама в России" под общей редакцией Р.М. Мухаметшина