• Фаджр
  • Восход
  • Зухр
  • Аср
  • Магриб
  • Иша

Тайный язык жестов османского двора

Время чтения: 3 мин
1594

В 1600-х годах при дворе османского султана находилось около 40 глухих слуг. Они были выбраны не случайно, а именно из-за этой своей особенности.

Глухие слуги были излюбленными товарищами османского султана, а их способность к общению жестами делала их незаменимыми для двора. Как писал, английский путешественник при османском дворе сэр Пол Рико:

«Этот язык немых настолько популярен при османском дворе, что почти никто не может передать его смысл, и он очень полезен для тех, кто посещает присутствие Великого синьора, так как перед ним считается неблагопристойным шептаться».

Глухие слуги учили своих помощников общаться с помощью знаков. Неизвестно, был ли их язык жестов полноценным, хотя сэр Рико предположил, что они «могут говорить и полностью выражать себя; не только для того, чтобы выразить свои мысли в известных вопросах, но и для того, чтобы пересказывать истории, понимать рассказы своей собственной религии, законы и заветы Аль-Корана, пророка Магомета, все, что может быть выражено обычным языком».

Другой европейский путешественник Оттавиано Бон, писал, что «как Великий синьор, так и окружающие его люди могут рассуждать и обсуждать с немыми что угодно».

Обычай молчания развился вместе с правилом уединения, установленным в 1470-х годах. Это правило было внесено в придворный этикет султана Мехмеда II, широко известного как Мехмед Завоеватель, после завоевания Константинополя в 1453 году. Книга церемоний допускала, что монарх редко появлялся на публике. В своих личных комнатах он принимал только особо важных сановников и послов.

Внутренний двор, где находил зал аудиенций султана, располагался в самом сердце дворца Топкапы. Дворец был устроен как матрешка или слоеный пирог: каждый двор и сад находились внутри предыдущего, и каждый последующий слой был более уединенным и тихим, чем предыдущий.

Это интересно: Исчезновение первого османского дворца: интересные факты

Спокойствие и тишина были главными характеристиками внутреннего пространства османского дворца. Считается, что именно тогда во дворце стал развиваться особый язык жестов.

Переступить порог третьего внутреннего двора было привилегией малого количества избранных. В комнате царила глубокая тишина, нарушаемая только тихим журчанием фонтана.

Там посетители должны были ступать мягко в знак страха и благоговения, чтобы ни малейшим шумом не потревожить султана. Тишина и уединение были важными средствами выражения величия султана перед его народом и гостями из других стран.

Один современный наблюдатель заметил, что, даже когда султан шествовал по улицам по пути к соборной мечети, парад проходил в такой прекрасной тишине и порядке, что, за исключением звука копыт лошадей, можно было бы подумать, что здесь нет ни души, хотя за процессией наблюдало бесконечное множество людей из разных стран.

Однако символическая сила, на которую претендовала практика уединения, привела к снижению фактической власти султана. До появления протокола об уединении султан сам отвечал за отправление правосудия и рассмотрение судебных дел.

По мере развития уединения эта власть была передана великому визирю. Пока сэр Пол Рико посещал османский двор и записывал свои впечатления от внушающей трепет власти султана, империей де-факто правил великий визирь Мехмед Кёпрюлю.

Это читают: Дворец, приютивший турецких султанов на целых 400 лет

Система уединения опиралась на давнюю традицию времен Аббасидского халифата, восходящую к VIII веку. В отличие от более ранних омейядских халифов, которые проводили публичные аудиенции до пяти раз в день, аббасидские халифы уединились за стенами дворца, проводя аудиенции только два раза в неделю и делегируя право вести пятничную молитву своим подчиненным.

Во время публичных аудиенций аббасидский халиф сидел за черной занавеской. На короткое мгновение занавес поднимался и открывал его лицо публике; затем снова опускался, скрыв халифа. Трепет, который публика испытывала при виде халифа, усиливался из-за строгого нормирования его присутствия.

Автор: Дамир Гайнутдинов

Социальные комментарии Cackle