• Фаджр
  • Восход
  • Зухр
  • Аср
  • Магриб
  • Иша

Жизнь и смерть Мевляны Руми

Время чтения: 7 мин
6929

Шейх обучает своих учеников. Иллюстрация к одной из поэм Руми.

Шейх обучает своих учеников. Иллюстрация к одной из поэм Руми.

К XIII веку исламское богословие полностью погрузилось в дискуссии, основанные на формальной логике. В отсутствие таких великих богословов как имам Рази или имам аль-Газали в теологических спорах побеждали те, кто мог лучше подобрать формальные аргументы и занимался словесным жонглированием богословскими терминами.

Все это, разумеется, не могло удовлетворить искренне верующих людей, которые искали истину и были «духовной жаждою томимы».

Более того в этих спорах не только не рождалась истина, но терялся всякий дух религии, который и является «генератором» нечеловеческой силы и сплоченности мусульманской Уммы.

Именно в этот момент появился человек, зажегший свет Божественной любви, который стал маяком для всех страждущих, стремившихся познать истину в религии.

Звали его Джалал-ад-Дин Мухаммад. Он родился в городе Балх 30 сентября 1207 года в семье богослова и суфия Баха-ад Дина Веледа, род которого восходил к самому Абу Бакру, да будет доволен им Аллах.

Опасаясь монгольского нашествия, после долгих скитаний по малой Азии он обосновался в столице сельджукского султаната – городе Конья.

По настоянию отца Джалал ад-Дин получил классическое богословское образование в Дамаске, а затем вернулся в Конью, где стал преподавать в медресе и занимался классическим богословием и фикхом, пока встреча с известным суфием по прозвищу Шамс Табризи (его настоящее имя было Мухаммад бин Али бин Малик Даад) полностью не изменила его жизнь.

С юных лет сердце Шамса Табризи, наставником которого являлся знаменитый Баба Кемаль, было полно любовью к Аллаху, но он не мог выразить то сокровенное, что открылось ему словами. Много лет он странствовал, пытаясь найти единомышленника, но напрасно, пока, наконец, Баба Кемаль однажды не посоветовал ему побывать в Руме (так тогда назвали Малую Азию), где он сможет найти человека, который станет его «языком».

Странствия привели его в Конью, где и произошла его встреча с Джалаладдином.

Согласно преданию, Руми ехал в мечеть на лошади, когда Шамс Табризи остановил его и спросил: «Скажи мне, кто более велик – Баязид Бистами (да помилует его Аллах) или Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует)?

Как и всякий настоящий алим, Руми ответил, что статус Пророка Мухаммада да благословит его Аллах и приветствует, лучшего из творений, нельзя даже сравнивать с Баязидом Бистами, да будет доволен им Аллах.

Тогда Шамс Табризи сказал ему: «Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал ما عرفناك حق معرفتك (мы не в состоянии познать Тебя, о Аллах, таким образом, каким Ты заслуживаешь понимания), тогда как Баязид Бистами провозгласил: سبحانى ما اعظم شانى (Как велики мои достижения (в познании Его)».

Руми не понял смысла его слов и попросил объяснить то, что он сказал.

Тогда Шамс Табризи пояснил, что разница зависит от того, сколько понимания способен вместить в себя тот или иной человек.

Мухаммад, да благословит его Аллах и приветствует, мог без ограничений черпать из реки познания, и не важно, сколько он испил мудрости (ма’рифат), так как это количество кажется ничтожным по сравнению с тем, что еще можно получить.

Баязид Бистами, да помилует его Аллах, имел намного меньшую «вместимость» по сравнению с Пророком, да благословит его Аллах и приветствует, поэтому после того как он испил один бокал этого духовного вина, он насытился.

В другой день Руми, да помилует его Аллах, обучал своих студентов у берега реки. Перед ним лежала цела стопка книг по богословию. К нему подошел Шамс Табризи, да помилует его Аллах, и спросил, что происходит. Руми ответил: «Это кааль (слова, речи), но ты их не поймешь». Тогда Шамс Табризи схватил эти книги и бросил их в воду.

Руми был ошеломлен.

После этого Шамс Табризи произнес «Бисмиллях» и вытащил книги из воды. Он стряхнул с них воду так, словно это была пыль, страницы просохли, но чернила с них не потекли, хотя до этого страницы промокли насквозь.

Руми был крайне удивлен и спросил, что это значит. «Это – халь (духовное состояние), но ты этого не поймешь», -был ответ.

Будучи сильно поражен произошедшим, Руми пригласил Шамса Табризи в дом своего ближайшего друга Салахуддина Заркуба, где они пробыли 40 дней (по некоторым источникам – 6 месяцев). В компании со своим новым духовных учителем Руми претерпел полное духовное перерождение, в результате которого он потерял всякий интерес к своей предыдущей деятельности, в частности, к обучению студентов.

Это возмутило некоторых студентов Руми, и они выступили против Шамса Табризи.

Не желая вступать с ними в конфликт, Шамс Табризи покинул Конью.

Однако, вопреки ожиданиям учеников, Руми утерял остатки интереса к обучению. Они не шел ни с кем на контакт, пока не получил письмо от Шамса Табризи из Дамаска, после чего возобновил преподавание, но занимался только с теми из студентов, кто не участвовал в травле его духовного наставника.

Когда ситуация немного разрядилась, Руми послал своего сына в Дамаск, чтобы он привез Шамса Табризи обратно в Конью.

После того как он вернулся, духовное единение между наставником (муршидом), которым был Шамс Табризи и его учеником (мюридом) Руми еще более окрепло.

Однако, по прошествии не слишком большого период времени среди окружающих вновь стало назревать недовольство присутствием Шамсуддина Табризи рядом с Руми. В этот раз недовольство стали высказывать даже его собственные сыновья.

Тогда Шамс Табризи решил снова исчезнуть. Руми искал его везде, но безуспешно. Он полностью прервал отношения с теми, кто был виновен в исчезновении его шейха и написал очень трогательные стихи в память о своем учителе.

Руми съездил в Сирию, пытаясь найти Шамса Табризи, но безуспешно.

Здесь Руми понял, что ученик – это как капля воды из реки (учителя), которая обладает всеми теми же качествами (вкусом, цветом и т.д.), будучи взятой из реки, и которая растворяется в ней, будучи брошенной обратно.

Через несколько лет он вновь поехал в Сирию и снова вернулся один, но с чувством единения с шейхом, с чувством того, что тот, кого он искал, присутствует в нем. Он ощутил в себе духовный огонь, который горел внутри Шамса Табризи. С тех пор у Руми были лишь двое близких по духу людей – Салахуддин Заркуб, а после его смерти, другой его ученик – Хисамуддин. Именно при помощи и поддержке Хисамуддина Руми написал свой самый известный поэтический свод – «Маснави».

Согласно преданию, перед смертью Руми Конью 40 дней сотрясали землетрясения. Когда люди пришли к нему с просьбой объяснить, что происходит, Руми сказал, что земля изголодалась по нему. После того как Руми заболел, к нему пришли уважаемые люди со всей округи и стали молиться о его здоровье, он ответил им, что остался лишь тонкий барьер между любящим и Любимым и неужели они не хотят, чтобы свет слился со светом? 

Руми скончался 12 декабря 1273 года, и на его похоронах было так много народа, что понадобился целый день, чтобы погребальная церемония дошла до кладбища.

Для всего мира Руми известен как «поэт и гуманист», но в его поэзии, прежде всего в «Маснави» есть скрытый подтекст, который практически никому не удавалось передать при переводе.

К сожалению, переводчики теряли смысл, запутавшись в терминологии и аллегориях, которые используются для того, чтобы вызвать у вступившего на духовный путь те переживания, которые помогут ему постичь сердцем то, что невозможно понять умом.

«Маснави» – это, своего рода «дорожная карта», которая помогает мюриду двигаться по духовному пути. И именно этим для мусульман особенно интересно его творчество.

(Для написания статьи использовалась книга «The conqueror of the hearts». Автор – Mustafa Kamal)

На иллюстрации: Шейх обучает своих учеников. Иллюстрация к одной из поэм Руми.

Ильдар Мухамеджанов

Интересная статья? Пожалуйста, сделайте репост!

Социальные комментарии Cackle