Реклама

Проиграв на Ближнем Востоке, ИГ нацелилось на Юго-Восточную Азию

645

Проиграв на Ближнем Востоке, ИГ нацелилось на Юго-Восточную Азию

 

Аналитический материал от редакции нового сайта Группы стратегического видения "Россия-Исламский мир".

 

СИНГАПУР

Террористическая группировка «Исламское государство» (запрещена в РФ - прим. ред.) сегодня является лишь жалкой тенью своего некогда грозного «я» на Ближнем Востоке: ее армия разрознена и изрядно потрепана, а территория псевдохалифата разорвана на мелкие анклавы. Но идеология ИГ, построенная вокруг идеи создания всемирного халифата продолжает находить новых сторонников за пределами Ближнего Востока.

Сторонники этой группировки, включая и тех, кто вернулся домой после военных действий в Ираке и Сирии, обратили свой взор на страны Юго-Восточной Азии, в попытке превратить их в очередной оплот терроризма.

Для ИГ этот регион обладает всеми необходимыми характеристиками, чтобы стать его следующим прибежищем: проницаемые границы, наличие необходимой материально-технической базы, слабые политические режимы и недовольство социально-экономическим положением распространенное среди мусульман.

«Юго-Восточную Азию называют вторым фронтом ИГ», - заявляет профессор Мохд Камарулнизам Абдулла, который занимается исследованием терроризма и религиозного насилия в Университете Утара Малайзии.

В 2016 году в центре Джакарты начались нападения боевиков, связанных с ИГ, с применением бомб. В результате погибло несколько человек.

27 января римский католический собор на острове Джоло, на юге Филиппин, также подвергся атаке в момент, когда верующие собирались на мессу. Ответственность за теракт на себя взяло все то же ИГ.

Также, в 2016 году был сорвано ИГ на курортный отель Marina Bay Sands с индонезийского острова Батам всего в 40 минутах езды от Сингапура.

До сегодняшнего дня государство не подвергалось насильственным атакам, но никто не может сказать, как долго удастся сохранить нынешнее положение дел. В целом, обстановка в этой стране спокойная: недавний отчет Министерства внутренних дел Синагпура показал, что только 20% сингапурцев считают, что террористическая угроза неизбежна.

В «Отчёте об оценке террористической угрозы Сингапура», опубликованном Министерством здравоохранения в Сингапуре в 2019 году, также говорится, что «наиболее насущная угроза» для Республики исходит от ИГ.

Джозеф Франко, научный сотрудник Школы международных исследований имени С. Раджаратнама (RSIS), сказал: «Даже если у вас усиленные меры безопасности, но вы находитесь в неблагополучном районе, вы вынуждены быть начеку...».

ЮГО-ВОСТОЧНАЯ АЗИЯ: ВТОРАЯ ВОЛНА ТЕРРОРИЗМА

Первая волна терроризма обрушилась на Юго-Восточную Азию в 2002 году, начавшись с разрушительных взрывов на Бали. Согласно прошлогоднему "Глобальному индексу терроризма" опубликованному Институтом за экономику и мир (Institute for Economy and Peace), это продолжалось вплоть до 2008 года при участии террористических группировок Исламского фронта освобождения Моро и индонезийской Гамаа Исламия, которые связаны с «Аль-Каидой» (запрещена в РФ - прим. ред.) и которые несут ответственность за гибель около 600 человек.

Вторая волна терроризма началась в 2016 году, чему способствовал рост влияния ИГ в регионе. В результате за два года смертность вследствие террористических атак на территории Юго-Восточной Азии возросла на 36%.

В 2017 году группы боевиков и повстанцев-cепаратистов, трансформировавшись в альянсы или присоединившись к ИГ, совершили 348 террористических атак, в результате которых погибло 292 человека. Исполнители прибыли из Бангладеш, Индонезии, Малайзии, Мьянмы, Филиппин и Таиланда.

Научный сотрудник Центра передового опыта национальной безопасности RSIS Мухд Файзал Абдул Рахман отметил, что «партнёрские отношения» между группами боевиков – абсолютно не новое явление. Они существовали ещё во времена, когда «Аль-Каида» только зарождалась. Последняя группа отправила своих членов в Афганистан для обучения и получения боевых навыков под руководством «Аль-Каиды» и изучения её доктрины.

Аналогичным образом присоединение к ИГ облегчает обмен навыками и материальными ресурсами с местными и региональными группами, отметил Файзал.

Такое сотрудничество было продемонстрировано во время осады Марави на юге Филиппин в 2017 году. Принеся присягу ИГ, несколько групп боевиков объединились, чтобы атаковать и взять под контроль отдельные части города, прежде чем они были нейтрализованы правительственными войсками по истечении нескольких месяцев столкновений.

По словам аналитиков, несмотря на то, что боевики тогда потерпели поражение, эти события стали ярким свидетельством роста влияния ИГ в регионе.

В докладе «Глобальный индекс терроризма» подготовленном Институтом за экономику и мир (Institute for Economics and Peace) говорится, что битва за Марави была «определяющим моментом» в исламистском терроризме на Филиппинах. После этого, интернет-пропаганда ИГ подтолкнула иностранных боевиков отправиться на Филиппины и на территорию других аванпостов в Юго-Восточной Азии.

Франко отмечает, что даже после осады Марави, в районе Минданао продолжают действовать группы боевиков, независимо от того, взаимодействуют они с ИГ или нет. «Имея доступ к незарегистрированному огнестрельному оружию, они продолжают представлять угрозу для общества», - сказал он.

По словам аналитиков, через 18 лет после терактов 11 сентября в США которые были совершены «Аль-Каидой», террористическая угроза лишь расширилась.

Доктор Мохамед Али, эксперт RSIS по религиозному экстремизму, отметил, что если ранее террористов можно было определить по принадлежности человека к той или иной группе, то теперь отдельные лица могут совершать нападения на своей родине, не принимая непосредственного участия в террористических организациях и не проходя абсолютно никакой военной подготовки.

«Они могут быть кем угодно и могут совершить нападение в одиночку, абсолютно внезапно, - добавил он. – Это делает их более опасными».

Рост религиозной нетерпимости в регионе в Индонезии и Малайзии, также подлил масла в огонь. В декабре прошлого года тысячи мусульман-индонезийцев вышли на улицы, чтобы отдать дань памяти серии митингов, проведённых в 2016 году, против бывшего губернатора Джакарты, который был христианином. Через несколько дней малазийцы собрались в столице Куала-Лумпур, чтобы призвать правительство сохранить ислам в качестве национальной религии страны.

Файзал подчеркнул, что "осознание своей исключительности формирует путь к терроризму": «Человек проходит через когнитивный процесс осознания эксклюзивности, прежде, чем превращается в террориста. Идея об исключительности заставляет поверить человека в то, что другие люди менее "человечны", менее нравственны и заслуживают того, чтобы их уничтожили».

Д-р Мохаммед Али предупредил, что вред, нанесённый подобными идеями, может быть более разрушительным, чем последствия террористических атак. Подобное поведение приводит к тому, что различные расовые и религиозные общины теряют контакт друг с другом, что порождает недоверие. "В результате мы получаем ослабление единства и социальной структуры общества".

ИНДОНЕЗИЯ: НОВОЕ ЛИЦО ТЕРРОРА

В мае прошлого года индонезийская семья из шести человек участвовала в нападениях на три церкви во втором по величине городе страны Сурабая. Этот инцидент привёл экспертов региона к мысли о том, что современный терроризм не ограничивается лишь крупными организациями.

Индонезийский эксперт по борьбе с терроризмом д-р Нур Худа Исмаил отметил, что террористические операции превратились из групповых актов насилия в одиночные операции. Спустя некоторе время к акциям стали привлекаться женщины, а потом и все остальные члены их семей.

Нур Худа Исмаил также подчеркнул, что вовлечение всей семьи в подобного рода действия для построения всеобщего халифата является одной из задач идеологии ИГ. В его пропагандистских журналах Rumiyah и Dabiq было заявлено, что роль женщин заключается в том, чтобы воспитывать следующее поколение террористов.

Ещё одна причина, по которой в террористических актах сейчас участвуют женщины и зачастую целые семьи, заключается в том, что индонезийские власти успешно уничтожили многие террористические сети в стране.

«Таким образом, сторонникам ИГ пришлось изменить свою тактику», - добавил д-р Нур Худа, который основал Институт международного строительства мира для реабилитации и реинтеграции бывших террористов в общество.

Использование предметов домашнего обихода в качестве оружия, также является новой особенностью тактики террористов. «Больше нет необходимости заниматься контрабандой, чтобы провезти бомбы или огнестрельное оружие для нападения», - уверен д-р Наджиб Азка, директор Центра исследований безопасности и мира в индонезийском университете Гаджа Мада.

«ИГ внушает своим последователям мысль о том, что, если они не смогут присоединиться к их борьбе в Сирии и Ираке, то вполне могут претворять в жизнь атаки на своей родине в рамках "джихада"». При этом можно использовать транспортные средства, чтобы осуществлять наезды на скопления людей или просто использовать предметы домашнего обихода, такие, как кухонные ножи.

Д-р Наджиб Азка привёл случай с индонезийской женщиной Дианой Юлией Нови, которая планировала использовать бомбу из скороварки для нападения на президентский дворец в 2016 году, но была арестована раньше, чем смогла осуществить свой план.

В Индонезии властям также приходится иметь дело с ещё одной проблемой: радикализация населения происходит в тюрьмах. Отчасти из-за достаточно плохих условий содержания. 477 тюрем страны предназначены для содержания 125 000 заключённых, но, фактически, за решёткой находится более 254 000 человек.

В результате, арестованные джихадисты были помещены в те же камеры, что и виновные по другим статьям. «Именно здесь они (террористы) и оказывают влияют на других», - сказал д-р Нур Худа.

В некоторых частях страны, таких как Соло, джихадисты находятся на вершине тюремной иерархии, поскольку их считают «чистыми и просвещёнными».

«В результате, другие заключённые идут к ним для обучения исламу, и тоже радикализируются», - отмечает ученый.

Власти Индонезии также столкнулись с проблемой возвращения местных жителей из зоны боевых действий на Ближнем Востоке.

В исследовании, проведённом американской некоммерческой организацией Soufan Center  в прошлом году, речь идёт о 5600 бойцах, вернувшихся в свои страны. Среди них было 50 индонезийцев.

Д-р Нур Худа отмечает, что в таких районах, как индонезийский город Медан, вернувшихся бойцов будут приветствовать как «моджахедов», что присуще тем, кто участвовал в вооруженном "джихаде" зарубежом. Дальше произойдёт передача опыта и навыков, которые они получили на войне.

Освобождение экстремистов из тюрем и возвращение их в общество и создание условий для их социализации становится еще одной проблемой. 

На прошлой неделе правительство президента Джоко Видодо столкнулось с негативной реакцией после того, как было объявлено, что духовный лидер и идейный организатор взрывов на Бали Абу Бакар Башир будет досрочно освобожден из тюрьмы по медицинским показаниям. Позже правительство Индонезии заявило, что пересмотрит этот вопрос.

По поводу этого решения были опасения, так как 80-летний священнослужитель по-прежнему считается влиятельным и может продолжить вдохновлять других вести боевые действия под лозунгами "джихада".

Д-р Наджиб сказал, что объявление об освобождении Абу Бакара происходит в политически сложное время, так как нация с мусульманским большинством готовится избрать своего следующего президента уже в апреле: «Но это может дорого обойтись, потому что эти люди могут повлиять на радикализацию других. Для Индонезии борьба с терроризмом всё ещё продолжается, и всегда есть новые элементы, с которыми нам приходится иметь дело».

МАЛАЙЗИЯ: ПЕРЕСЕЧЕНИЕ ГРАНИЦЫ

По данным Института политического анализа в период с января 2017 года по август 2018 года в Индонезии было освобождено 70 осуждённых за экстремизм. Ожидается, что к концу этого года на свободу выйдет ещё больше. Некоторые приехали из соседних Индонезии и Филиппин. Другие – из стран Ближнего Востока. Эти люди въехали в Малайзию по рабочим визам, а позже были наняты в качестве рабочих или строителей. В то время как многие из приезжих просто зарабатывали на жизнь, другие вынашивали совершенно иные планы.

По данным властей Малайзии с 2013 года было арестовано 445 подозреваемых в терроризме, более 120 из них были иностранцами, некоторые из которых были непосредственно причастны к ряду заговоров, запланированных экстремистскими группами.

С 2013 года власти предотвратили 23 террористических атаки, в том числе теракт на церемонии закрытия Игр Юго-Восточной Азии, которые состоялись в Куала-Лумпуре в 2017 году.

Однако, в июле 2016 года Малайзия подверглась первой атаке ИГ, когда в результате взрыва гранаты в ночном клубе в Селангоре было ранено восемь человек.

Профессор Камарулнизам из Университета Утара Малайзии объясняет приток таких экстремистов в страну недостатком контроля за границами региона, а также открытостью Малайзии в приёме мусульман из других стран: «Легко войти в страну и легко выйти из нее. Например, вы можете отправиться на Филиппины через Сабах».

Экстремисты, которые приезжают в Малайзию, либо остаются здесь, чтобы планировать атаки в стране, либо используют Малайзию в качестве плацдарма для проведения актов насилия в других стран Юго-Восточной Азии.

Ахмад эль-Мухаммади, аналитик по борьбе с терроризмом в Международном исламском университете Малайзии, сказал, что с пика террористической активности 2013-2016 годов в стране произошло меньше арестов. Это, однако, не означает конец терроризма, предупредил он. «Это всего лишь период спячки, - сказал г-н Эль-Мухаммади. – На первый взгляд, все выглядит благополучно, но не думайте, что экстремисты тайно не строят планы и не радикализируют других».

Несмотря на то, что властям удалось расправиться с террористическими сетями «Аль-Каиды» или «ИГ», аналитики заявляют, что они по-прежнему представляют значительную угрозу: их идеология всё ещё широко распространяется онлайн и офлайн, и глубоко укоренились в умах сторонников и сочувствующих.

«Полное искоренение идеологии практически невозможно. Её можно приручить и «одомашнить», но не уничтожить полностью», - подчеркнул г-н Эль-Мухаммади.

Профессор Камарулнизам сказал, что ещё одна проблема – это возвращение малазийцев, которые сражались за границей. Исследование, проведённое Центром Суфан и Глобальной стратегической сетью, показало, что восемь таких бойцов вернулись в Малайзию. По иронии судьбы, власти получили личные запросы от малазийцев, которые воевали в Сирии, с просьбой вернуть их домой. Они сожгли свои паспорта после клятвы верности ИГ. «Конечно, мы не можем их вернуть. Риск слишком велик», - добавил он.

Аналитики считают, что ситуация в Малайзии не так плоха, как в Индонезии. Например, здесь не было случая, чтобы теракты проводились целыми семьями, хотя профессор Камарулнизам отметил, что был случай, когда семья продала свою землю и использовала деньги для поездки в Сирию.

Аналитики отмечают, что другой проблемой, вызывающей обеспокоенность, является «политическая радикализация». Эль-Мухаммади сказал, что это предполагает распространение экстремистких взглядов, когда мусульманам говорят, что они не могут праздновать праздники других конфессий и что они не должны принимать неверующих. «Это идеальный катализатор, способствующий тому, чтобы люди шли по пути терроризма – когда политическая радикализация и террористическая радикализация слиты воедино», - добавил он.

СИНГАПУР

Как заявляют власти, Сингапур, как и многие другие страны, сталкивается с проблемой т.н. «одиноких волков», террористов-одиночек, завербованных через Интернет.

С 2015 года в соответствии с Законом о внутренней безопасности были выявлены 22 бойца-одиночки, что вдвое больше, чем в период с 2007 по 2014 год, согласно Сингапурскому отчёту об оценке террористической угрозы за 2019 год.

Сингапур также не застрахован от радикализации иностранцев на своей родине. С 2015 года 14 индонезийских домашних работников были репатриированы после того, как было установлено, что они стали придерживаться радикальных взглядов.

В прошлом году трое малазийских обладателей разрешений на работу были арестованы по подозрению в причастности к террористической деятельности. Двое были предположительно вовлечены в основанную в Джохоре группу, связанную с ИГ, которая планировала нападения в Малайзии.

Доктор Нур Худа отмечает, что домашние служащие, работающие за границей, подвержены радикализации. Они одни на чужбине, без друзей и семей. Мусульманские домашние помощники, в некоторых случаях, могут также столкнуться с трудностями при приёме на работу немусульманскими работодателями.

Одна из тактик, применяемых боевиками ИГ, заключается в установлении «романтических отношений» с домашним персоналом. Используя различные онлайн-платформы, они будут ориентированы на тех, кто ищет отношения.

Как только возникают чувства доверия и дружбы, начинается процесс радикализации. «Кроме того, в Индонезии брак с религиозным человеком рассматривается как шаг вперёд», - сказал д-р Нур Худа, который недавно организовал семинар для индонезийских домашних работников в посольстве Индонезии.

Аналитики говорят, что отношение сингапурцев к вопросам, связанным с терроризмом, является источником беспокойства. «Всё ещё в народе жива мысль, что терроризм – это проблема Ближнего Востока, что здесь это никогда не произойдёт», - сказал доцент Билвир Сингх из Национального университета Сингапура.

Согласно отчёту об оценке угрозы MHA, опрос, проведённый в прошлом году, показал, что 97% респондентов согласились с тем, что все сингапурцы могут сыграть свою роль в предотвращении террористической атаки и борьбе с ней. Кроме того, 60% респондентов признали, что Сингапур является целью террористических атак. Но только около 20% посчитали, что угроза неизбежна, и что нападение может произойти в Сингапуре в течение следующих пяти лет.

Эксперт MHA Сунь Сюэлин сказал, что такое восприятие «не совсем неожиданно». В ответе на вопросы по электронной почте она отметила: «Наши службы безопасности усердно работали над тем, чтобы не допустить угрозы террора, но в этом и заключается проблема предотвращения самоуспокоенности. В связи с этим правительство активизирует усилия SGSecure, общенационального движения, созданного в 2016 году для повышения информированности, подготовки и мобильности общества в целях предотвращения террористических атак и борьбы с ними».

Недавно она объявила о новых инициативах SGSecure, которые включают организацию роуд-шоу в пригородных торговых центрах.

Г-жа Сан заявила, что расширение SGSecure «поддержит осведомлённость сингапурцев об угрозе террора и даст возможность большему количеству людей приобрести навыки готовности к чрезвычайным ситуациям».

Отвечая на вопрос, уделяет ли SGSecure больше внимания подготовке сингапурцев, а не информированию их о различных типах террористических угроз, она сказала, что «осведомлённость – это важный шаг, но этого недостаточно». По словам г-жи Сан, SGSecure стремится подготовить сообщество к тому, чтобы коллективно и эффективно реагировать на такие угрозы, а также на атаки, когда они происходят.

Г-н Файзал сказал, что власти в любом случае должны разработать новые способы, чтобы сделать информацию привлекательной и легко усваиваемой. Они могут сделать это, основываясь на текущих моделях потребления информации и популярных темах: «Нам нужны разные методы общения, чтобы информировать людей разных возрастов, социальных групп и происхождения».

Faris Mokhtar. Channel New Asia

Перевод и адаптация: Islam-Russia.com

Реклама
Социальные комментарии Cackle
Home