Марокканское многоязычие

В этом году в Марокко на языковую стажировку приехали также студенты, изучающие французский язык. Вы спросите, как это так, арабская страна и французский? Ничего удивительного. В Марокко, по крайней мере, на севере, большинство жителей разговаривают на пяти языках: арабском, французском, испанском, английском и своём родном диалекте – дариже. Причем хуже всего они знают арабский литературный язык фусха, который изучаем мы. Фусха - это язык, на котором ниспослан Коран, язык, на котором читал свои проповеди пророк Мухаммад (мир ему).

Конечно, столь слабое владение местного населения языком фусха вызывает у нас огромное удивление, но не меньшее удивление у местных жителей вызывает то, что мы говорим на языке Корана. Они всеми силами пытаются не разговаривать с нами на фусха, каждый раз спрашивая, для чего мы учим литературный язык, даже посмеиваются над нами. Интересуются, знаем ли мы французский, английский, испанский, то и дело блистая своими способностями. Дуктур заранее предупреждал нас: раз мы приехали практиковать арабский, то говорить нужно только на арабском. (Причём, как только арабы слышат английскую речь, цена товара резко возрастает). А то, что они не знают фусха – вызывает огромное сомнение, так как большинство телевизионных передач, газеты, журналы вещают именно на нём, в школах и университетах изучение арабского литературного является обязательным.

Арабы очень гордятся, что знают много языков. Но наши студенты изучающие английский, французский и испанский, понимают их речь очень плохо. Думаю, так происходит из-за акцента. А одна наша девушка, знающая многие языки, заметила, что они говорят на смешанном языке. Вот и получается, что в одном предложении можно услышать сразу пять языков, наверное, поэтому наши студенты их и не понимают.

«Арабы» и «Французы»

Хоть наши практиканты и обижаются, что я их делю на «арабов» и «французов», но с первых дней даже невооруженным глазом была видна разница между «ними» и «нами». Собираясь на первый совместный выход в город, даже после чётких инструкций, касающихся местных традиций и обычаев ношения одежды (длинная юбка и покрытая голова), студенты начали выходить из общежития... Уже по внешнему виду я узнавала, кто есть кто. Вот две красивые девушки с распущенными волосами в прекрасных шляпках. Французы? Да, а откуда вы знаете? Вот ещё две другие в коротеньких плиссированных юбочках. Почему вы так оделись? Я же сказала вам, что юбка должна быть не выше колен? Но мы же не в шортиках… А вот и наши «арабы» – вышли все строго по форме одежды: юбка, платок. Даже те, кто не носил подобной одежды на родине, здесь получили такую возможность. Если там их могли не понять, начать взволнованно задавать вопросы – «ты что, приняла Ислам?», то здесь наконец-то можно одеваться так, как хочется.

Очень сложно девочке в первый раз надеть платок, даже когда она этого хочет. Близкие, друзья и просто знакомые приходят в недоумение, из-за чего приходится оправдываться, объясняться. В России человек в платке вызывает если не страх, то, по меньшей мере, опасение. Если девушка в хиджабе заходит в автобус, то все пассажиры сразу обращают на неё свои взоры, кто осуждает, кто жалеет, и лишь немногие смотрят с восхищением. А ведь платок одевается, чтобы не привлекать к себе внимание… Вот и получается, что полуобнаженные девы в юбочках, напоминающих набедренные повязки, остаются незамеченными, а скромно одетая мусульманка оказывается в центре внимания.

В Марокко же практически все девушки ходят в платках и национальных длинных одеждах джаляба, да и большинство мужчин поверх повседневной одежды одевают длинные рубахи – абая. И потому, если на улице встречается девушка в светской одежде, то взоры всех прохожих сразу обращаются на неё. И не только взоры.

Раз за разом я убеждаюсь, что изучаемый язык накладывает свой отпечаток на образ жизни и поведение человека, его изучающего. На мой взгляд, арабский язык волей-неволей погружает в обычаи и традиции ислама. Человек становится более сдержанным, доверяющим ведению свыше, принимающим то, что есть с благодарностью судьбе. Язык французский, по моему мнению, формирует в его изучающих некую европоизированность, утончённость, даже немного капризность.

Казалось бы, как могут ужиться в одном общежитии совершенно разные по  своему внутреннему настрою люди? Но! Но наш дорогой устаз Маймуни, пригласив всех желающих на уроки Корана, разом решил проблему разделения на «своих» и «чужих». И «арабы» и «французы» с огромным интересом слушали, как устаз Майсуни читает нараспев Коран, как разъясняет смысл аяйтов. Эти священные звуки удивительным образом объединяли понимающих и не понимающих, знающих и не знающих. В результате мы становились уже не «арабами» и «французами», а одной большой семьёй. 

Выше я писала об особой нации, к которой можно отнести арабистов. Теперь же я думаю, что всех изучающих языки можно отнести к особой более широкой нации – Нации дружбы народов. И мы, представители этой «особой нации», передаём привет из королевства Марокко нашей Родине –  матушке России.

Татиана Светлая