Сквозь семь небес: жанр «мираджнаме» в тюрко-татарской литературе

Фото: Yuganov Konstantin / shutterstock.com

Чудо Мираджа на протяжении веков вдохновляло поэтов, богословов и мыслителей по всему мусульманскому миру. Тюрко-татарская литературная традиция также внесла свой уникальный вклад в осмысление этого события.

Традиция «мираджнаме» (от араб.-перс. «книга о Вознесении») или в турецко-османской среде более известная как «мираджие» – это особый жанр религиозно-дидактической и поэтической литературы. Эти произведения, создававшиеся как на разных тюркских наречиях, в том числе на старотатарском, а также на арабском языке, подробно пересказывали историю ночного путешествия, сопровождая ее нравоучительными комментариями, описаниями Рая и Ада, что делало их мощным инструментом религиозного просвещения.

Эти произведения, часто основанные на коранических мотивах и хадисах, служили для духовного просвещения, особенно среди тюркских народов, где ислам переплетался с местными культурными элементами. Эти тексты сочетают религиозное повествование с суфийской мистикой, подчеркивая духовный путь души к Богу.

Особое место в этой традиции занимают поволжские татары, чья литература, формировалась в условиях взаимодействия с русским и финно-угорским миром.

Ябынчы: малая родина выдающегося татарского богослова Шигабутдина Марджани (Фото)

Основные черты жанра

• Детализация событий: последовательное описание путешествия на Бураке, посещения небесных сфер, встреч с предыдущими пророками (Адамом (а.с.), Исой (а.с.), Мусой (а.с.), Ибрахимом (а.с.) и др.), восхождения к «Сидрат аль-мунтаха» (Крайней границе мироздания) и беседы с Аллахом.
• Символические элементы: Бурак (волшебное существо с лицом человека и телом животного), ангелы-проводники (Джабраил, Микаил, Исрафил), небесные светила, Райские сады и Адские бездны.
• Дидактическая и назидательная направленность: тексты не только рассказывают о чуде, но и укрепляют веру, объясняют основы ислама (например, установление пятикратной молитвы во время Мираджа).
• Стихотворная или смешанная форма: многие «Мираджнаме» написаны в форме поэмы с парной рифмой или сочетают стихи с прозой.

Ценность семьи, или чем отличаются татары от представителей других народов?

Предпосылки и классические образцы

Корни этого жанра уходят в средневековую суфийскую тюркскую литературу. В тюркской литературной традиции мираджнаме стали зароджаться примерно с XII века, под влиянием Ахмада Ясави (1093–1166) и Сулеймана Бакиргани (1091–1186).

Ахмед Ясави. Фото: Ислам-тудей.

Один из самых известных примеров – «Мираджнаме» поэта Мир Хайдара (I пол. XV века), созданное в 1436–1437 годах в Герате (современный Афганистан) по заказу Шахруха, сына Тимура. Написанное на восточно-тюркском языке (чатагайском) уйгурским письмом, оно включает 61 миниатюру, иллюстрирующую путешествие пророка Мухаммада ﷺ через небеса, Рай и Ад.

Текст полон поэтических описаний чудес, встреч с ангелами и пророками, подчеркивая мистический аспект Мираджа. Это произведение повлияло на многие последующие тюркские версии, включая османские и волжско–татарские. Эта роскошно иллюстрированная рукопись сегодня хранится в Национальной библиотеке Франции.

Другим примером является произведение «Мухаммадийя» османского поэта Языджиоглу Мехмеда Эфенди (ум. 1451), которая была «настольной книгой» татар. В ней был очень подробно описан Мирадж, в том числе очищение сердца, выбор молока вместо вина, встречи с пророками.

Ценности вне времени: какие идеи проповедовал Ризаэтдин Фахретдин

Татарская литература

Одним из лучших образцов мираджнаме среди татар является анонимная поэма «Кыйссаи ан хазрати Расулнинг мираджга барганы бу торур», изданная в типографии Казанского императорского университета в 1902 году. Тема мираджа встречается в татарской литературе, начиная с суфийской литературы времен Золотой Орды и Казанского ханства и заканчивая стихами поэтов Нового Времени как Шаехзада Бабич и Габдулла Тукай.

Ярким примером является использование образа Бурака как особого символа. Мухаммадъяр (1496/97–1552) в своем «Тухфа-и мардан» Бурака описывал так – «Тан җиледәй иде кара Бурагы» то есть «Его Бурак был как утренний ветер». Что подчеркивало мистический аспект восхождения. Ш. Бабич (1895–1919) в своей поэзии использует образ Бурака как «Ак Пырак» («Белый Бурак»), интегрируя традиционные символы в современный контекст.

В конце XIX – начале XX веков тема Мираджа продолжала волновать тюрко-татарских просветителей. Знаменитый татарский поэт Габдулла Тукай (1886–1913) посвятил этому событию отдельное стихотворение «Мирадж». Это произведение стало частью золотого фонда национальной поэзии.

Фото: Ислам-тудей.

Мирадж

В середине ночи Мекку осветил с небес огонь.
Небеса слились с землею, из сиянья вышел конь.
Возвестил пророку радость так архангел Гавриил:
«В этот вечер Бог Всевышний встречу вам определил.
Все, кто чаял, херувимы, кто без мест и без телес,
К твоему коню стекутся нынче в верхний слой небес».
Прозвучал приказ Аллаха в это время: «Будет так!»
Со святой своею ношей вознесен был конь Буррак.
Все на свете продолжало ход обычный совершать,
До небес Коран простерся этим вечером опять.
Поднялось, кипя, и встало море общности со дна,
Поглотило сушу, земли, прекратились времена.
Все исчезло, вид и образ – все являло только мысль,
Преклонился пред Аллахом космос, обращенный в смысл.
Зрел тогда Пророк Аллаха и творил ему сажьду,
То была мечеть мечетей, воплотившая мечту.
Было очень чисто–чисто, клали ангелы поклон,
Все пророки были вместе: Муса, Иса и он.
Все случилось. Не заметил дел божественных следы
Ни один мункир на свете под покровом темноты.
Взмах ресниц – мгновенья ока в это время не прошло,
Как на Мекку опустилось вновь обычное тепло.
Это не было мечтаньем, бредом, выдумкой иль сном,
Но таинственною явью и божественным судом.
(перевод В. Думаевой-Валиевой)

Культурное и религиозное значение мираджнаме

В тюрко-татарской литературе тема Мираджа выполняла несколько функций:

• Духовное просвещение – делала сложные богословские концепции доступными для широкой аудитории.
• Литературное развитие – обогащала поэтический язык, символизм, жанровое разнообразие.
• Суфийская дидактика – служила примером для суфиев, стремившихся к духовному восхождению.
• Идентификационная роль – подчеркивала связь тюрко-мусульманской культуры с общеисламским наследием.

Таким образом, «мираджнаме» и «мираджие» стали важной частью тюрко-татарского религиозно-литературного канона, сохранив свою актуальность как памятники духовной мысли и художественного слова.

Дамир Гайнутдинов