Какую роль играл сеид в Казанском ханстве?

Сеид пользовался значительным авторитетом и уважением как у простого населения, так и аристократии. По словам С. Герберштейна: «Он пользуется у них такой властью и почетом, что при его приближении даже цари выходят ему навстречу, стоя предлагают ему руку – а он сидит на лошади – и, склонив голову, прикасаются (к его руке); это позволено только царям, герцоги же касаются не руки его, а колен, знатные люди – ступней, а простой народ – только его платья или лошади».

Данные обычаи – свидетельство набожности населения и его благоговения перед духовным авторитетом, свидетельство особой роли, которую играли сеиды в политике Казанского ханства.

Правда ли, что главой духовенства в Казанском ханстве являлся человек из рода пророка Мухаммада ﷺ?

Наиболее известны в истории сеиды: Бараш/Бураш (1491–1507), Шейх-Хуссейн (1512–1516), Бейурган (1546), Мансур (1546) и Кул-Шариф (1552). Все они пользовались большим почетом и уважением и считались вторыми лицами в Казанском ханстве, неоднократно возглавляя управление государством и ведя дипломатические переговоры.

При перечислении государственных дел, в которых сеид играл значительную роль, следует указать решение вопроса о выборе претендента на ханский трон. Известно, что в переговорах по этому вопросу участвовали сеиды: в 1497 г. (Бараш), в 1519 (грамота по этому вопросу из Казани в Москву начинается с выражения «от сеита в головах», в 1532 г. (во время переговоров о приглашении султана Джан-Али упомянут «сейид»), в 1546 г. (грамоту на повторное приглашение Шейх-Али подписал сеид Бейурган, а в 1551 г. сеид участвовал в переговорах по замене малолетнего хана Утямыш-Гирея.

Очевидно, что и при возведении на престол других ханов сеид участвовал в процедуре присяги или, что, видимо, более верно, в принесении клятвы на верность договору между курултаем – «всей землей Казанской», с одной стороны, и ханом, с другой.

Речь идет о заключении особого договора, скрепленного клятвой – шарт-наме, в русской транскрипции «шерть» (отсюда «шертование», «привести к шерти»). При этом сеид, очевидно, играл роль гаранта выполнения взаимных обязательств. Он же, по-видимому, мог в случае нарушения ханом этого соглашения освободить курултай от уз священной клятвы на Коране, что открывало путь к смещению хана.

Падение Казанского ханского глазами европейцев того времени

Участвовали сеиды и в заключении внешнеполитических договоров: о «мире, братстве и дружбе» и о «невзятии» на казанский престол хана без ведома Москвы. В подготовке этих документов также принимали участие сеиды.

В качестве примера можно привести договорный процесс 1512 г. Зимой того года в Москву прибыл посол хана Мухаммад-Амина сеид Шейх-Хуссейн и предложил «крепкий мир и дружбу». В итоге его переговоров с московскими боярами «шерть дал на том, что царю Магмед-Аминю в Казани перед великого князя послом шерть дати, что по той грамоте царю правити великому князю и до своего живота». После согласования текста проекта казанский посол вместе с русским выехали в Казань, где хан Мухаммад-Амин окончательно закрепил договор «перед великого князя послы на той грамоте шерть дал, и мяшень (печать. – И. И.) к ней приложил».

Активно участвовали в дипломатических переговорах и другие представители духовенства. Например, во время переговоров с представителями Москвы в 1551 г. принимали участие «Кул-Шерифъ – молна и Мааметь-сеитъ, Манырь – Сеитов сынъ, и все съ нимъ шихи и шихзады, имамы и молозады и Азии и дербыши».

Очевидно, что именно из духовенства набирался штат послов, дипломатических секретарей и переводчиков. Не всегда они играли первые роли в переговорах, но их роль была чрезвычайно важна – переписка и перевод дипломатических документов, подготовка наставлений послам и их консультации по важнейшим вопросам международных и межгосударственных отношений и т.д.

Не удивительно, что практически всегда во время переговоров в составе казанских посольств упоминаются лица духовного звания. Например, в 1519 г. – Абиб «азей», тогда же в Москву отправился Кул-дербыш, в 1534 г. в Москву прибыл посол хана Джан-Али Чюра моллазаде, а в составе казанских послов 1546 г. числился Андрычей «афыз».

Суннизм и Крымское ханство: как шло распространение ислама?

Интересно, что один из дипломатов, имевших духовное звание Агиш «моллазаде», прямо назван «бахшием», т.е. писцом или, точнее, секретарем. В источниках еще много подобных сведений, которые четко рисуют картину широкого участия духовенства в дипломатических делах. Создается впечатление, что аппаратом ведомства международных отношений, так его можно назвать, ведал именно сеид. В некоторых татарских ханствах, включая и Казанское, представители семьи сеидов участвовали и в военных действиях.

Таким образом, кроме сеидов в ханстве также были шейхи, шейхзаде, муллы, мулла-заде, казии, мавали или данишменды, хаджии, хафизы и дервиши. Широкое участие татарского духовенства в политической жизни страны не позволяет сомневаться в государственном характере ислама.

"История ислама в России" под общей редакцией Р.М. Мухаметшина