Что мешало Марджани обновить учебные программы в медресе?
Текущий год проходит под знаком выдающегося религиозного и общественного деятеля, ученого и философа, историка и этнографа Шигабутдина Марджани (1818-1889).
В 1915 году во время подготовки к 100-летию мыслителя в Казани была издана книга, посвященная великому ученому. В нее вошли сочинения Ш.Марджани, воспоминания о нем. Среди авторов этого фундаментального труда был Шагар Шараф – крупный ученый и журналист. Именно ему выпала честь написать наиболее полную и достоверную биографию богослова.
Islam-today продолжает публикацию глав из этого очерка.
Усилия Марджани по правильному и выразительному чтению Священного Корана привлекли внимание даже некоторых состоятельных лиц Казани. Сафа хаджи Галикай, Гайса хаджи Мусин, Чутай Давыд и еще несколько знатных людей города стали брать у него уроки. По возвращении из Египта Камала кари и в его бытность мугаллимом в мечети Сенного базара некоторая часть шакирдов Марджани начали обучаться этому у Камал кари. Эти сведения мы получили у Садыка кари Галикая.
Первый образец учебной программы, которая была приведена здесь нами, использовалась ранее, а вторая программа применялась чуть позже. Следует обратить внимание и на то, что в этих программах особой разницы нет. Так почему же Марджани, резко критиковавший методы обучения в Бухаре, создавший труды на эту тему, не смог обновить систему преподавания в своем медресе? Ведь из года в год занятия в его учебном заведении должны были совершенствоваться, а на самом деле этого не произошло. Если заметили, имевшие место в первой программе предметы: хадис, ораторское искусство, нравственность и древние науки были заменены на не представляющие особое значение логику, калям и кое-что из разряда наук по толкованию.
И не показалось ли странным, что в программе нет таких предметов, как тафсир, хадис, история Ислама, арабская литература, уроки по которым уже в те годы были широко распространены в духовных учебных заведениях. Чтобы получить ответы и разъяснения по этим вопросам нам предстояло расспросить об этом у тех шакирдов и современников богослова, которые были с ним на короткой ноге, часто встречались с ним и были его единомышленниками. Вот как ответил по этому поводу один из шакирдов: «В те годы наши головы были забиты такими предметами как формальная логика и калям, ведь мы и не представляли, что есть еще науки кроме них. Я не придавал большого значения взглядам учителя в этой сфере, а потому в моей памяти что-то осталось в связи с этим. К сожалению, тот багаж знаний, которыми обладал Марджани, остался невостребованным». Другой ученик богослова заявил: «Впервые слышу об этих проблемах и я не ведаю о том, чтобы они стояли на повестке дня».
Ниже мы попытаемся обобщить некоторые высказывания шакирдов, которые отражают в некоторой степени состояние преподавания в медресе:
1. В ту пору во всех медресе было принято вести обучение по методике учебных заведений Бухары. Было принято, что шакирды известных медресе собравшись вместе обсуждали и дискутировали по проблемам отдельных наук, как например, логике, каляму, древним наукам, исламскому праву. Подчас эти дискуссии приобретали форму жаркого спора. Некоторые спорщики в пылу забывали о главной цели – установить истину и для них было важнее перекричать своего оппонента. Они весьма пренебрежительно отзывались о тех ученых, которые достигли определенного уровня в этих науках. Шакирды из медресе, которым руководил богослов, тоже были активны в этих дискуссиях. Они также не могли оставаться в стороне о тех тенденций в образовании, которые указывали на приоритет логике и каляму. Среди учащихся бытовало мнение, что «освоив хорошо основы логики, можно глубоко проникнуть в суть других дисциплин. Философские конструкции – ключ к разгадке всех проблем, которые ставят различные науки». Именно поэтому не придавалось особого значения дисциплинам по богословию. В связи с этим с наибольшей долей вероятности можно предположить, если бы Марджани стал бы преподавать на тех принципах, которые он изложил в своем трактате «Мукатдима», то большинство шакирдов, придерживавшихся традиционных взглядов, разбрелись бы по другим учебным заведениям.
2. Марджани, придавая особое значение своим исследованиям и творчеству, передал учебный процесс в медресе на усмотрение педагогов и наставников. Шакирды и учителя были вольны в выборе учебных программ и учебников. Марджани был сторонником того, чтобы учащиеся сами выбирали себе интересующие их предметы. Он никогда не настаивал, чтобы на занятиях изучался именно данный предмет или данная книга. Богослов исключал всякое насилие в образовании и усвоении наук. Ему доставляло удовольствие, когда учащиеся сами проявляли инициативу в выборе предмета, и он с видимым наслаждением делился своими знаниями. Именно этим можно объяснить и тот факт, что ученый преподавал такие предметы, которые не были указаны в программе. По тафсиру в разное время он, в частности, давал сведения и обучал по книгам «Кади Байзави», «Тафсире Мадарик», «Тафсире Кашшаф», «Тафсире Сагляби», изучая хадисы, использовал книги «Сахих Бухари», «Мишкят» и ораторскому искусству – «Талхис». Так как эти уроки в основном проходили по четвергам или пятницам, они не отражались в учебных программах. Большинство шакирдов, которые были увлечены дискуссиями по логике, а эти шумные мероприятия проходили именно в эти дни, не придавали особого значения данным предметам и старались сбежать с уроков. К тому же эти предметы считались не обязательными и имели частный характер.
3. Богослов часто говорил об ущербности учебных программ медресе, о необходимости внесения в них изменений. На занятиях по тафсиру, хадисам, арабской и персидской литературе, он старался давать как можно больше сведений по истории Ислама, биографиям выдающихся людей, стремился привить своим ученикам интерес к этим предметам, указывал из каких книг можно почерпнуть сведения. Его приводили в замешательство утверждения некоторых учащихся и преподавателей о том, что «если не будем придавать должного внимания изучения логики можем отстать от шакирдов других медресе и не сможем достойно противостоять им во время дискуссий». Сыграло роль и то обстоятельство, что Марджани в преклонном возрасте несколько отстранился от преподавательской деятельности в медресе и потомув программах учебного заведения предметам логика и калям стало выделяться больше времени.
Islam-Today
