Кровавая расправа на московском фармацевтическом предприятии. Точка зрения мусульман

Вчерашний день запомнится многим расстрелом Дмитрием Виноградовым, которого уже называют «русским Брейвиком», нескольких своих сослуживцев на московской фармацевтической фирме в Москве. В результате пять его сотрудников погибли, а еще несколько ранены.

В СМИ приводится масса информации о том, как и где он учился стрелять, откуда у него оружие, как предпочитал проводить время, какие неразделенные чувства он питал к одной из сослуживиц, какое количество алкоголя перед «боем» он принял, как легко преодолел систему охраны предприятия и многое другое.

До норвежского Брейвика, к счастью, Дмитрию Виноградову далеко и по количеству убитых, и по качеству планирования своих действий, и по использовавшемуся арсеналу, и по причинам, подвигнувшим на «подвиг», и по вниманию к алкоголю в период подготовки к бойне.

Конечно, для нас, мусульман «все сразу ясно» хотя бы потому, что он употреблял перед преступлением алкоголь, что само по себе в любом случае должно было довести его до недоброго финала.

Но есть в его действиях и особенность - перед преступлением Д.Виноградов выложил на своей странице в социальной сети "ВКонтакте" манифест, в котором признался в ненависти к современному обществу потребления.
Этот его манифест сразу стал обрастать «лайками» - к вечеру среды их уже было более трех тысяч. Многие хотят продемонстрировать солидарность с убийцей своих сослуживцев.

С позиции экономиста именно это является новым для тех, кто живет в нашей стране.

Для человека, жившего в деревенских общинах, в рамках которых наш народ жил еще совсем недавно, большинство людей были близкими родственниками или воспринимались в качестве таковых. Общие проблемы они решали общиной, вместе строили дом для новой образовавшейся семьи (всем миром), вместе строили в населенном пункте дорогу, вместе копали колодец и защищались от диких животных. Всех их сковывала круговая порука. Своих не выдавали. Иногда это сдерживало быстрое экономическое развитие, но всегда позволяло выживать общине и даже самым слабым ее членам.

Если помещик требовал работать быстрее, то быстрее обычно работать не начинали. Почему? Да потому, что знали -  как только один начнет работать быстрее, то норму повысят всем. А доходы не увеличатся! А тот, кто разрушил круговую поруку – не выигрывал от своей инициативности, зато ставил в невыгодное положение всю общину. А куда девал те дополнительные доходы помещик или дворянин от того, что община начинала производить больше? Да эти помещики или дворяне просто больше начинали кутить, ездить «на воды» (то, что сейчас называется Куршавелями и т.д.). Так разве ради мироедов имело смысл сдавать членов своей общины?

Потом в советские годы изменилось с виду многое, но многое и осталось, как прежде было в общине. Раньше высшим органом в деревне был сход. Такой же орган действовал в сельхозартели, только он стал называться общим собранием. Совет старейшин, управлявший жизнью в деревне между сходами, почти в полном составе перекочевал в правление сельхозартели.

На городских предприятиях также жизнь проходила фактически с элементами общинности. Как распределялись квартиры между работниками? Ведь не в соответствие же с тем, кто сколько работал, а по тому, сколько человек в семье. И получалось, что одинокий, хорошо работавший сотрудник получал однокомнатную квартиру, а не очень хорошо работавший и не очень высококвалифицированный работник, но с многочисленными детьми – получал четырехкомнатную квартиру. И никого особенно это не огорчало, ведь воспитание детей было важной общинной ценностью.

При установлении трудовых нормативов на советских предприятиях работала круговая порука. Рабочие обычно знали, что если перевыполнять план вдвое, к примеру, то расценки за выполнение работ просто снизят, повысив норматив. Поэтому план не слишком сильно перевыполняли. И это обеспечивало сотрудникам главное в семейной жизни – предсказуемые доходы. Ведь только с предсказуемыми доходами жизнь семьи, воспитание детей и их развитие бывают комфортны. А основы трудовых нормативов все равно создавали аналитически, на основе расчетов. Это позволяло не изматывать рабочих на работе высокими нормативами, оставлять им время для семейной жизни, а не только на то, чтобы «расслабиться» любым способом после работы, как сейчас (табак, алкоголь, наркотики).

Куда же и чьими же стараниями выветрилось в нашем населении общинный или командный дух? Почему те, кто еще вчера были бы твоими ближайшими товарищами, становятся объектами вооруженных атак? Виноват, наверное, тот агрессивный «американский» индивидуализм. Воспеваемые многочисленными заморскими фильмами идеи о героях-одиночках (совершенно в реальности не способных к выживанию) были  высажены на испорченные алкоголем физиологию и интеллект единственных детей в семье.  Из-за этого они не способны строить отношения с друзьями и сослуживцами, не способны к построению естественных семейных отношений с лицами противоположного пола (т.к. выросли в неполных семьях и не видели настоящих любящих родителей), не способны к сложностям воспитания детей. Но у них получается создавать в социальных сетях свои образы, за которые они прячутся.  

Пока у мусульман не потеряны эти ценности: общинность (сам печатаю это слово, а сам вижу, как в текстовом редакторе это слово автоматически подчеркивается у меня красным цветом – его нет в основном словаре загруженных в редактор русских слов), многодетные многоярусные семьи (дедушки-бабушки, папы-мамы, дети). Эти качества один народ не может перенять у другого, если смотрит на него, как на неполноценный. Поэтому весьма сложно представить, что и в дальнейшем такие трагедии не повторятся. Ведь городские представители немусульманских народов России практически потеряли навыки построения таких многочисленных семей и общин. А взять пример жизни в общине и в многодетной семье не с кого, за исключением мусульманских народов, по отношению к которым всячески пытаются вызвать презрение. А ведь поблизости нет тех, с кого можно было бы еще взять пример, а значит, возможно, что это - последний шанс.