Горцы Кавказа в Великой Отечественной войне

«Мусульманский  фактор» учитывался гитлеровцами при планировании своей политики в районах традиционного проживания последователей  ислама, прежде всего, в Крыму и на Кавказе. При вступлении частей вермахта на территории, населенные мусульманами, фашисты всячески подчеркивали, что  несут освобождение от «большевистского безбожного ига», обещали создать условия для возрождения ислама. К примеру, в одном из обращений «К жителям гор!» говорилось: «Горец! У тебя ничего не было. Все твое богатство отняли большевики. У тебя теперь есть многое, а будет еще больше… Всем этим счастьем твоей семьи и покоем детей ты обязан великому твоему другу Адольфу Гитлеру!» 

В ответ на это было принято обращение старейшин Кабардино-Балкарии и Чечено-Ингушетии к народам Северного Кавказа. 13 августа 1942 года состоялся митинг народов  Северного Кавказа, а  26 августа 1942 года – митинг  горской молодежи. 

В конце августа 1942 года Чечено-Ингушский обком партии совместно с командующим Северной группы войск Закавказского фронта  генерал-лейтенантом И.И. Масленниковым запросили у Ставки Верховного Главнокомандования разрешение  объявить призыв добровольцев из числа чеченцев и ингушей. Тогда Сталин, посоветовавшись с Берией, отказал, ответив:  «Формирование каких-либо частей из чеченцев и ингушей в данное время считаем нецелесообразным».

Однако 26 января 1943 года директивой начальника Управления формирования  Красной армии генерал-полковника Щаденко № ГУФ/28ш была объявлена мобилизация добровольцев-чеченцев, ингушей и представителей народностей Дагестана.

В ходе агитационной кампании по записи в добровольцы  активно использовалось мусульманское духовенство и старейшины. При этом широко эксплуатировались  понятные каждому горцу мотивы кровной мести и обращение к исламским ценностям. «На Кавказе нет народа, который не считал бы Гитлера своим кровником», — писала  газета «Грозненский рабочий».

«Каждый погибший на фронте попадет в рай, а умерший трусом попадет в ад», - заявляли религиозные авторитеты.

Среди 18 500 воевавших в Красной армии чеченцев и ингушей  две трети  были добровольцами.

Самым известным из всех героев Великой Отечественной войны – чеченцев по национальности стал пулемётчик  Ханпаша Нурадилов.

В бою у селения Захаровка Нурадилов  огнем своего пулемета уничтожил 120 гитлеровцев и еще семерых взял в плен. Всего, до своей гибели 12 сентября 1942 года 20-летний пулеметчик, к тому времени уже кавалер орденов Красного Знамени и Красной Звезды уничтожил  920 гитлеровцев.

13 апреля 1943 года  Нурадилову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Звание Героя Советского Союза за подвиги в Великой Отечественной войне получили шестеро чеченцев: Ханпаша Нурадилов, Хансултан Дачиев, Абухажи Идрисов, Хаваджи Магомед-Мерзоев, Ирбайхан Бейбулатов, Мовлид Висаитов (звание Героя Советского Союза присвоено ему  в 1990 году уже после смерти).

Более 190 фашистов уничтожил   снайпер-чеченец  Махмуд Амаев, но так и  не получил Звезды Героя.

Впрочем, кавказские джигиты воевали не только на суше, но и на море. Основная база российского Северного флота носит название Гаджиево – по имени командира дивизиона подводных лодок Героя Советского Союза  Магомеда Гаджиева. На счету экипажа его подлодки было 10 потопленных вражеских кораблей, а общий счет дивизиона под его командованием составил 27 потопленных кораблей противника.

Истинным примером воинского братства стал подвиг уроженца села Карата Ахвахского  района Дагестана Магомед-Загида Абдулманапова. Он командовал группой разведчиков, которая попала в засаду и приняла неравный бой. Фашисты захватили их в плен и попытались сыграть на  национальных чувствах Абдулманапова, чтобы «сломать» его. Указывая на его товарищей, уговаривали дать сведения о своей воинской части. «Они же русские, а ты кто? Их не опасайся», - пытался «разговорить» его  немецкий офицер. Магомед-Загид ответил: «Они все мои братья. Мы все дети одной матери Родины». Все разведчики после жестоких пыток были расстреляны. Вся погибшая разведгруппа была удостоена звания героев Советского Союза.

Вместе с тем, следует отметить, что  враждебные националистические проявления по отношению  к представителям народов Кавказа имели место в Красной армии.

17 сентября 1942 года была издана директива начальника Главного политуправления А.С. Щербакова № 012 «О воспитательной работе с красноармейцами и младшими командирами нерусской национальности». В ней констатировалось: «Комиссары и политорганы недооценили всей важности политического воспитания бойцов нерусской национальности, забыли, что у каждого из них есть родной язык, свои обычаи, устоявшийся уклад национальной жизни, и стригут всех под одну гребенку, не учитывая национальных особенностей. Больше того, многие политработники не сумели организовать разъяснительной работы по вопросам дружбы народов СССР и роли великого русского народа как старшего брата народов Советского Союза».

Как следствие, возникала  «отчужденность между русским и нерусскими красноармейцами».

Начальник политотдела Северной группы войск Закавказского фронта бригадный комиссар Надоршин отмечал, что повсеместно командование и политработники всех уровней «все еще мало общаются с бойцами нерусской национальности, плохо изучают их нравы и обычаи, их запросы и требования».

Представители ГлавПУРККА  также отмечали, что на Закавказском фронте имеют место  случаи проявления шовинизма по отношению к  солдатам  нерусских национальностей,  как со стороны бойцов, так и со стороны командиров, отказывающихся  принимать нерусское пополнение.

Так,  в директиве №01 ГлавПУРККА от  24 января 1943 года  говорилось: «Отдельные командиры и политработники не только не пресекают проявлений шовинизма и национализма, но и сами смотрят на красноармейцев нерусской национальности, как на обузу, считая их «неполноценными бойцами», присваивают им оскорбительные клички».

В связи с этим предлагалось: «Решительно пресекать всякие проявления шовинизма и национализма, от кого бы они не исходили. Беспощадно бороться с политически вредными и неправильными настроениями, имеющимися у некоторых командиров и политработников о «неполноценности» бойцов не русской национальности. Командиров и политработников, проявляющих и распространяющих эти настроения илидопускающих пренебрежительное отношение к бойцам нерусской национальности, строго наказывать».

С течением времени, эта проблема, решилась как бы сама собой. Части, укомплектованные бойцами нерусских национальностей по мере «выбывания контингента» уже в ходе весеннего наступления 1943 года комплектовались за счет жителей освобождённых районов европейской части СССР. Поток новобранцев из национальных республик значительно сократился в связи с исчерпанием «призывного контингента», который остался лежать в полях под Москвой, донских степях и руинах Сталинграда.

Ильдар Мухамеджанов

Что Вы думаете об этом?

Оставьте свой комментарий.