Реклама
В мире / Ближний восток

В Аммане все неспокойно

576

В Аммане все неспокойно

Складывающаяся в настоящее время ситуация в Иордании возникла не на пустом месте. Протесты, привлекшие внимание мировых СМИ, начались не сейчас, а сотрясают Иорданию, почти не переставая, с начала года и постепенно наращивают обороты. Сейчас страна столкнулась с сильнейшими народными волнениями за последние двадцать лет. Почему и как так вышло?

Иордания традиционно воспринимается как своего рода оазис стабильности и относительного процветания на Ближнем Востоке. Несмотря на протяженную границу с Сирией и Ираком, силам безопасности практически без осечек удается пресекать террористическую активность, обеспечивать безопасность подданных и государственных границ. Достаточно светские король и королева формируют позитивный образ страны за рубежом. Активно развивается туризм. Вроде бы все хорошо, однако реальная ситуация внутри страны очень далека от того, чтобы говорить о ней в позитивном ключе.

Иордания изначально существует «не благодаря, а вопреки». Не будучи «запланированным» государственным образованием изначально, возникшая, по сути, в результате предательства англичанами и французами лидеров арабского восстания, созданная как механизм сохранения британского влияния в регионе, Иордания все же смогла построить собственную государственность и закрепиться на карте мира. Ее расположение — в «обрамлении» Палестины, Израиля, Египта, Саудовской Аравии и Ирака — обеспечило ее геополитическую роль и значимость в регионе, в особенности в контексте арабо-израильского конфликта.

Однако её небольшие размеры, немногочисленное население и ограниченность природных ресурсов не позволяют стране динамично развиваться. Арабо-израильский конфликт для Иордании — это не только внешнеполитическая проблема, но и внутренняя. Палестинские беженцы создали дисбаланс в стране, который она преодолевает уже на протяжении 70 лет. Многолетний и кровопролитный сирийский конфликт, в свою очередь, усугубил давление на экономику, поскольку страна вынуждена принять 1,3 млн сирийцев (по данным иорданских властей, официально зарегистрированных ООН 666 113 беженцев), бежавших от войны.

Но основная проблема заключается не только и не столько в этом. Проблемы в стране копились годами, но правительство не предпринимало каких-либо реальных шагов для их разрешения. Спусковым механизмом для протестов, которые происходят в последний месяц, стали резко вводимые меры жесткой экономии.

Причинами этих мер стал разработанный и одобренный для Иордании в 2016 г. МВФ план проведения структурных реформ, основная цель которых — сокращение к 2021 г. государственного долга страны с 96% от ВВП до 77%. МВФ выделил 723 млн долл. на три года на поддержание структурных реформ. Однако реформы и предпринимаемые меры не встретили энтузиазма среди населения. Акции протеста проходили еще в 2017 г. в Солте, Караке, Мадабе на фоне роста цен на хлеб.

Здесь надо понимать, что для любой арабской семьи хлеб — это ежедневная насущная необходимость. Для малоимущих семей тем более, поскольку хлеб фактически ключевой продукт питания. Хлеба едят много, поэтому рост цен на хлеб всегда и неминуемо остро сказывается на кошельках семей и на планировании семейного бюджета.

Первые народные выступления в начале 2018 г. начались в этих же городах — на фоне жесточайших мер безопасности со стороны полиции, которая буквально взяла протестующих в осаду, что тоже было воспринято иорданцами крайне негативно. Люди тогда вышли на улицы выразить свой протест против повышения налогов и цен на продовольствие. Они также выдвигали требования сократить государственные расходы на пособия, командировочные и, наконец, взять коррупцию под контроль. Постепенно к экономическим требованиям добавились осуждение нормализации отношений с «государством-оккупантом» (Израилем) и призывы разорвать с ним газовый контракт, заключенный в 2016 г. на сумму 10 млрд долл. сроком на 15 лет.

Несмотря на протесты, правительство продолжило намеченный курс, подняв еще больше цены на хлеб, сократив его субсидирование и увеличив стоимость госуслуг и налогов. Вследствие этого начались забастовки профсоюзов и фермеров. Они и переросли в итоге в массовые акции протеста по всей стране после объявления новой налоговой реформы.

Согласно реформе, помимо остальных положений, налог должны будут платить семьи с годовым доходом от 8 тыс. иорданских динар (около 11 тыс. долл.), также она вводит повышение налога на добавленную стоимость до 16%. Параллельно поднимаются цены на бензин и электроэнергию. Это все стало последней каплей. Только за этот год цены на бензин взлетели в пять раз, а счета за электроэнергию выросли на 55%. Но главным триггером протестов стала сама реформа.

Иордания — бедная страна с прослойкой очень богатых людей, сделавших в большинстве своем состояние через уклонение от уплаты налогов, коррупцию и непотизм. Реформа предполагала ужесточить налоговые сборы, однако в текущих политических условиях и при «нездоровой» системе коррупции и фаворитизма, она прежде всего ударила бы по основной массе населения.

Необходимо указать на еще один важный момент. Иордания — маленькая племенная страна, где все друг друга знают. Самоидентичность иорданца всегда определяется как «страна гражданства» и «принадлежность к племени», притом подчас принадлежность к племени превалирует над гражданством. По фамилии иорданцы безошибочно определяют принадлежность друг друга к конкретным семьям, кругам в иерархии страны, доступ к финансовым потокам и т. д. Все махинации и игры политиков и бизнесменов видны простым иорданцам как на ладони. Их терпение лопнуло именно тогда, когда сделанные нечистыми на руку воротилами и политиками дыры в экономике страны решили залатать, в очередной раз обирая население страны, и без того доведенное до критического состояния за последние годы.

Требования граждан обобщает, хоть и добавляет некоторую вариативность, плакат, замеченный у одной из протестующих в Аммане. Он гласит: «Настоящая реформа: смена правительства, отмена нового закона о подоходном налоге, пересмотр текущего налога на продажи, субсидирование хлеба, обновление закона о государственной гражданской службе, сокращение цен на электроэнергию и топливо, принятие законодательных мер по борьбе с коррупцией».

Призыв к национальному единству и меры, принятые королем, — отмена реформы, заморозка роста цен на топливо, отставка кабинета министров — позволили в некоторой степени снять напряженность. Король ответил на главные требования своих подданных. Однако люди продолжают протестовать. И это в священный для мусульман месяц Рамадан! И если в Аммане протесты происходят очень мирно, то, к примеру, в Солте ситуация напряженная. «Они хотят, чтобы я забыл то, что они мне сделали до этого? Нет! Я помню, что поднялись цены. Мы задыхаемся», — подытоживает общие настроения протестующий в Солте.

Иорданцы почувствовали, что они могут влиять на политические решения и жизнь в стране. Учитывая происходящие подвижки, протестные настроения будут только нарастать, поскольку власти до сих пор не проявили серьезных намерений по отношению к борьбе с коррупцией и прочими пороками государственной системы. Народ же убежден, что корень всех проблем именно в коррупции и разграблении страны определенными лицами и их семьями.

Но как бы то ни было, экономика Иордании остро нуждается в деньгах. Реформирование экономической системы — жизненная необходимость, но оно, в свою очередь, ставит простых иорданцев на грань выживания.

На руку королю играет то, что в Иордании отсутствует сильная и внятная оппозиция. «Братья-мусульмане», потерпевшие сокрушительное поражение на недавних выборах в парламент, значительно поумерили свою активность и амбиции. На демонстрациях — только флаги Иордании как символ единения нации. Это говорит об отсутствии политического подтекста и нагнетания происходящего в интересах каких-либо политических сил.

На днях Король Иордании Абдалла II отправился в Мекку с сыном не только для совершения хаджа, но и для того, чтобы встретиться с Королем Саудовской Аравии, эмиром Кувейта и премьер-министром ОАЭ, по итогам встречи с которыми было объявлено, что Иордании будет выделен пакет помощи в размере 2,5 млрд долл. Кроме того, появились сообщения, что в этом году Иордания возьмет в долг 785 млн иорданских динар для погашения дефицита бюджета. Эти меры носят временный характер и проблемы не решат.

Руководство Иордании пока не в состоянии адекватно оценить ситуацию и определить стратегию решения накопившихся проблем. Борьба с коррупцией и непотизмом может серьезно расшатать сплоченность кругов вокруг короля и привести к непредсказуемым последствиям для политической системы. То же касается пересмотра всех назначений, сделанных с 2011 г., потенциальной практики подотчетности состоятельных граждан на тему возникновения и приумножения их богатства, хотя за это выступают и сами иорданцы. Полная прозрачность принятия политических решений и национальный диалог — это, пожалуй, то немногое, на что может пойти власть в текущих условиях.

Другая проблема, которая раскачивает Иорданию изнутри, — это ситуация вокруг Иерусалима и Палестины. Решение Д. Трампа создало пока малозаметный сторонней публике, но очень ощутимый изнутри раскол между арабами и их правительствами, проявившими абсолютную пассивность в отношении этого вопроса, если не считать заявлений и осуждения. Правящие круги арабских стран, держащие деньги в банках США, зависящие от американских инвестиций, дотаций и благосклонности, оказались не в состоянии встать на защиту Палестины.

Для простых арабов подобное положение дел неприемлемо. Иорданцы ждут от Короля более жесткой позиции и действий, как и остальные арабы от своих лидеров, но пойти на более жесткие шаги король не может. В перспективе США также будут давить на Иорданию, чтобы та отказалась от статуса хранителя мусульманских святынь в Иерусалиме. Власти Иордании уже сейчас находятся между США и ожиданиями своего народа как между молотом и наковальней. Эта ситуация и усугубление палестинской проблемы создаст крайне взрывоопасную обстановку и потенциально может спровоцировать новую волную арабских народных восстаний, наподобие «арабской весны».

Во всех отношениях Иордания находится в крайне непростом положении. Перспективы урегулирования ситуации туманны. Новый кабинет министров, скорее всего, не протянет больше полугода. Акции протеста могут временно пойти на спад, но затем разгорятся с новой силой. Королевство будет пытаться привлечь иностранные инвестиции в инфраструктуру и экономику страны, однако с учетом проблемы беженцев, продолжающегося кризиса в Сирии и обнаружившейся нестабильности внутри страны (пусть даже народ выступает не против режима, а против его определенных действий и решений) это будет сделать крайне затруднительно.

Усугубление нестабильности в Иордании не в интересах и внешних игроков, включая страны Персидского залива, да и самих США. Иордания, скорее всего, продолжит получать финансовую помощь, без которой исторически не может обходиться, однако если требования и чаяния граждан останутся без ответа правительства, протесты вновь наберут силу и парализуют страну. Тем не менее переворот пока маловероятен.

Иорданцы, наученные горьким опытом соседей по региону, не хотят повторения подобных событий в своей стране. Их путь теперь — взять бразды правления собственной судьбой в свои руки, давить на существующую власть, вынуждая ее к диалогу, и путем прямого и прозрачного взаимодействия строить общее будущее. Возможно, именно так, здесь и сейчас, рождается настоящая демократия.

Мария Аль Макахлех (Дубовикова)

Политический аналитик и комментатор, колумнист Arab News, президент IMESClub, исполнительный директор Geostrategic Media

Социальные комментарии Cackle
Home