Турция налаживает связи с мусульманами Африки

На днях президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган пригласил президента Совета суверенитета Судана Абдель Фаттаха Бурхана и президента Мавритании Мухаммада Ульд Газуани посетить Анкару, что является шагом, иллюстрирующим существование турецкой стратегии мягкой экспансии в этих двух африканских странах. К этому располагает и вакуум, образовавшийся в результате бойкота Катара со стороны Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейна и Египта.

В июне 2017 года эти братские арабские страны приостановили дипломатические и экономические связи с другой братской арабской страной – Катаром. Казалось бы, где Катар, и где Мавритания с Суданом, и какая между ними связь. Однако связь присутствует. Когда организаторы бойкота все-таки сделали выбор в пользу примирения с Катаром, то ослабел их интерес как к Мавритании, так и к Судану, равно как были позабыты и данные им обещания.

Это сыграло на руку Турции. Чтобы заинтересовать Мавританию и Судан в сотрудничестве со своей страной, турки сосредоточились на предложениях по предоставлению инвестиций и новых проектов в различных отраслях: экономике, образовании, культуре. Эти обещания нашли отклик у официальных лиц двух африканский стран, поскольку они уже успели убедиться, что обещанная поддержка со стороны группы стран, бойкотировавших Катар, испарилась. А Судан и Мавритания на такую поддержку рассчитывали, поэтому и вызвались было поддержать бойкотирующую Катар квадригу.

Теперь Турция извлекла уроки из своего подхода к Судану времен Омара Башира. Тогдашние двусторонние отношения рухнули вместе с падением режима Башира. В послереволюционный период после падения союзника Турции Башира Судан действительно получил поддержку Персидского залива и казалось, что новый Судан бесповоротно дрейфует в сторону общеарабского единения против Катара. Однако, поскольку переходный период в Судане привел к возникновению внутренних осложнений, это снизило энтузиазм сторонников Хартума в Персидском заливе. У тех появились другие приоритеты, включая процесс примирения с Катаром, нормализацию отношений с Израилем и последствия вступления Джо Байдена на пост президента Соединенных Штатов и др. Не до Судана было, в общем.

На этот раз Анкара внесла необходимые коррективы и предлагает новую политическую, экономическую и культурную стратегию выстраивания межгосударственных отношений, которая была бы способна выдержать любую политическую турбулентность. Таким образом, очевидно, что Турция намерена извлечь выгоду из недовольства мавританцев и суданцев по поводу не оправдавших доверия богатых доноров из Персидского залива. Помимо обещаний, которые Анкара дает Нуакшоту и Хартуму, Анкара предпринимает реальные попытки восстановить утраченное за последние несколько лет влияние.

И это будет несложно, поскольку Мавритания и Судан трудно назвать избалованными. Для них привлекательны даже недорогие совместные с Турцией проекты. С другой стороны, это предоставляет турецким компаниям возможность продвигать свое культурное и религиозное присутствие через программы помощи, в которой и Судан, и Мавритания крайне нуждаются.

Поэтому председатель Суверенного совета Судана (с 21 августа 2019 года) Абдель Фаттах аль-Бурхан принял приглашение от Реджепа Тайипа Эрдогана посетить Турцию. Затем по приглашению вице-президента Турции Фуада Октая, которое было озвучено при встрече по поводу инаугурации нового президента Нигера Мухаммада Базума, в Анкару прилетел президент Мавритании Мухаммад Ульд аль-Газуани, который правит страной с 1 августа 2019 года.

В общем, турки плотно работают над тем, чтобы вернуться в Судан и вернуть себе влияние, которое они потеряли с падением Башира. У Турции не только экономический интерес, но и географический. Анкара пытается реанимировать турецко-суданское соглашение по острову Суакин. Тогда Судан и Турция подписали соглашение о передаче данного острова в аренду турецкой стороне, которая пообещала отреставрировать его инфраструктуру и развивать культурное и историческое наследие.

В Мавритании усилия Анкары по сближению двух стран удвоились после визита туда Эрдогана в феврале 2018 года. Эти усилия увенчались подписанием нескольких соглашений между двумя странами в области полезных ископаемых, рыболовства, морской экономики и туризма, а также меморандума о взаимопонимании в области сельского хозяйства и соглашения о защите и поощрении инвестиций между двумя странами. Этот визит турецкого президента открыл дверь для реализации турецких интересов в Мавритании, – стране, которая расположена в стратегическом районе на Атлантическом океане и является воротами в Африку к югу от Сахары.

Турция также стремится расширить свое присутствие в стране с помощью религиозных благотворительных проектов, таких как обучение имамов, а также с помощью благотворительных организаций. Несмотря на относительно ограниченные масштабы, деятельность этих благотворительных организаций используется Турцией для укрепления своей репутации. Например, турецкие благотворительные общества организовали подготовку продовольственных посылок, которые они предоставили 300 мавританским семьям в преддверии начала Священного рамадана.

Кроме того, Турция направила свои усилия и на образовательный сектор Мавритании. Здесь Анкара занимается реализацией ряда проектов, включая поощрение мавританских студентов к обучению в турецких университетах.

По мнению экспертов, политика Анкары, нацеленная на установление дружеских отношений с Мавританией и Суданом, помимо всего прочего, преследует цель использовать эти две страны в качестве турецкого портала в Африке, который позволит ей расширить свое влияние на африканском континенте и конкурировать с международными державами в странах африканского Средиземноморья и Восточной Африки.

Автор: Айдар Хайрутдинов