Шариат и разум

Кур’ан обращается к нашему разуму, все пророки, все, что ниспосылалось, обращено к нашему разуму, и доказательством этому является то, что сумасшедший не является мукалляфом. То есть на человека, лишенного разума или умалишенного не распространяются законы шариата. Это является однозначным доказательством того, что шариат обращается к нашему разуму. Это во-первых.

Во-вторых, если он обращается к нашему разуму, то он не может ему противоречить, это важно. То, что приносят от Аллаха Его пророки, не может противоречить разуму. Аллах не обязывает нас к тому,что мы не можем понять. Не может быть такого, что Он дал нам разум , а потом посылает пророков и обязывает нас делать то, что ему (разуму) противоречит. Но не все, что соответствует разуму – от Аллаха, это тоже понять нужно. 

В этом вопросе есть две крайности. Одни говорят, то, что есть в шариате, противоречит разуму, поэтому нужно следовать разуму. Это одна крайность. Другая крайность – когда говорится: то, что от Аллаха - Коран и Сунна, они не ошибаются, а разум может ошибиться, поэтому мы оставим разум и будем следовать Корану и Сунне. Оба эти мнения неправильны, потому что исходят из неправильного утверждения, что между Кораном и разумом есть противоречия. Противоречий на самом деле нет. Противоречия есть только в разуме людей, которые так считают.

Поэтому такое понятие как ‘акль, разум, относят только к Ахлю-Сунна, про заблудших мы говорим, что у них нет разума. Да, он формально у них присутствует, они не сумасшедшие, но того, что называют акль, у них нет, потому что его главная задача –отделять истину от лжи. Если ты понял, что истина у Ахлю-Сунна валь Джама’а – у тебя он есть, если ты этого не понял, у тебя его нет. Поэтому шейх Саид Фуда, хафизахуЛЛах, говорит в своих уроках, что мы не можем отнести разум к ахлю-бида’а. Знания у них есть, они могут Коран знать наизусть, хадисы знать, какие-то ахкамы из шариата, фикх – все, что называют ильм. Но акль, разума, у них нет. Потому что разум –это свет, нур от Аллаха, через призму которого истина становится истиной, а ложь ложью.