Решит ли Россия индо-пакистанский спор?

Пока суд да дело, а точнее -  суета в США связанная с выборами и прочей пеной вокруг Дональда Трампа, Россия получает шанс закрепить свой успех в Азии, приняв на себя роль миротворца между Индией и Пакистаном. В предыдущие годы Россия уже наладила хорошие межгосударственные отношения с этими странами, и этот фактор также может сыграть свою положительную роль в миротворческой миссии России.

Тем временем за океаном, в Вашингтоне уже озвучен прогноз, согласно которому ставки России в Южной Азии могут вырасти благодаря позиции новой администрации Белого Дома. Утверждается также, что Южная Азия не попадает в границы внимания ключевых фигур администрации Трампа, хотя назначенный новый министр обороны США генерал Джеймс Мэттис сделал акцент на важности отношений Америки с Индией и Пакистаном.

Между тем, в оценке Мэттисом будущего американо-пакистано-индийских отношений имеется серьезный просчет. Он заключается в том, что, говоря о Пакистане, генерал не упоминает об Индии, а говоря об Индии ничего не говорит о Пакистане. И как понимать тот факт, что Мэттис проигнорировал проблемы Кашмира и опасное ядерное противоборство между двумя странами? Или он не осознает, что нельзя решить внешнеполитические проблемы Индии, не учитывая интересы Пакистана и наоборот? А ведь речь идет о двух державах, которые настроены друг к другу настолько враждебно, что уже не раз замахивались друг на друга ядерной дубинкой.

Экспертное сообщество ведать не ведает, как новая американская администрация будет относиться к тлеющему конфликту между Индией и Пакистаном из-за Кашмира, грозящему перерасти в обмен ядерными ударами. Нерешенными остаются также вопросы о том, будут ли в нынешней государственной элите США чиновники, обладающие глубоким пониманием азиатских проблем? Будут ли они способны наладить переговорный процесс с целью урегулировать спор Индии и Пакистана на приемлемых для обеих сторон условиях?

Судя по всему, (хотя первое впечатление бывает обманчивым), формируемая Трампом администрация не будет озабочена проблемами Азии, в том числе и индо-пакистанскими разборками. Хотя прежде миротворческие задачи в регионе традиционно решались США при Клинтоне и Буше-младшем, а и даже, в некоторой степени, при Обаме. Эксперты делают неутешительный для себя вывод о том, что ни сам Трамп, ни главные фигуры его команды не понимают необходимости и важности этой роли, не придают должного значения истории и инструментам американской политики в Южной Азии.

Как бы там ни было, складывающаяся ситуация открывает путь в регион для России, которая может оказаться единственным претендентом на роль посредника между Индией и Пакистаном, если не учитывать интересы Китая, который прокладывает через Пакистан одну из веток Великого шелкового пути. И в этом свете для России очень важно достичь успеха в деле урегулирования сирийского кризиса.

В истории России имеется некоторый опыт политического посредничества между Индией и Пакистаном. Речь в данном случае идет о советском периоде, когда был заключен Ташкентский договор 1966 года. Позднее, президент В. Путин сделал очередную попытку выступить в качестве посредника, когда он пригласил премьер-министра Индии Атала Бихари Ваджпаи и пакистанского лидера Первеза Мушарафа принять участие в работе «Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии», состоявшегося в Алматы в июне 2002 года. Однако переговоры не состоялись поскольку лидеры Индии и Пакистана просто не стали разговаривать друг с другом.

После этой неудачи Россия дистанцировалась от решения индо-пакистанской проблемы. В результате, проблема Кашмира перестала «отсвечивать» во внешнеполитических заявлениях российских дипломатов, в официальных документах и прессе, отражающей мнение государства. Даже фактор ядерного «щекотания нервов» между Индией и Пакистаном перестал рассматриваться как приоритетный для российской внешней политики вопрос.

Однако, по мере того, как эпоха американской гегемонии уходит в прошлое, отношение России к заброшенной теме о ненавидящих друг друга главах двух азиатских государств меняется. В частности, Кремль имеет намерение сформировать устойчивый политический диалог, торговые отношения и военное сотрудничество как с Индией, так и с Пакистаном. Она поддерживает членство обеих стран в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), которая ставит амбициозную цель – создание общеевразийского пространства безопасности. А это невозможно без примирения этих двух мощных региональных держав: Индии, в которой мусульмане составляют порядка 165 млн чел. и Пакистана, с его более чем 190 миллионным мусульманским населением.

Айдар Хайрутдинов