Наступит ли мир на Ближнем Востоке? Новая архитектура безопасности. Часть 4

239

Новая архитектура безопасности Ближнего Востока

Новая архитектура безопасности Ближнего Востока

Начало: О настоящем и будущем Ближнего Востока: новая архитектура безопасности. Часть 3

Продолжаем разговор о статье итальянского дипломата Марко Карнелоса, в которой он ведет речь о неадекватном отношении Запада к Ирану, и о принципах, которым необходимо следовать для того, чтобы Ближний Восток стал регионом мира и стабильности.

Иранская ядерная сделка не преследовала цель изменить региональное поведение Ирана, как одного из ближневосточных игроков, а также не предусматривала вмешательства в его программу обычных вооружений. Единственной целью, ядерной сделки было предотвращение возможной трансформации гражданской ядерной программы Тегерана в военную.

Ядерная сделка была компромиссом, а не панацеей. В этом компромиссе обе стороны должны были отказаться от некоторых своих устремлений. Альтернативой соглашению является только война или диктат. А для таких результатов не требуется никаких переговоров и сделок.

Ядерная сделка, которая в течение многих лет широко обсуждалась ведущими дипломатами и экспертами, не налагала на Иран никаких обязательств, кроме тех, которые Тегеран скрупулезно выполнял даже после выхода из сделки США. Пунктуальность Ирана в выполнении условий сделки неоднократно подтверждалось МАГАТЭ.

Косвенной, но не менее важной целью этой сделки, по крайней мере с западной точки зрения, состояла в том, чтобы снять озабоченность Израиля и некоторых арабских стран по поводу потенциально ядерного Ирана. Несмотря на претензии США и Израиля, этот результат был достигнут благодаря сделке 2015 года. Даже некоторые израильские эксперты в области безопасности признают успешность сделки. Таким образом, Иран не подавал поводов для нарушения достигнутых договоренностей со стороны США.

Теперь, когда Иран начал сокращать свое соблюдение, через год после того, как США вышли из сделки, он сделал это в соответствии с правовой базой соглашения, в частности статьями 26 и 36. Сделка не была направлена на ликвидацию политических альянсов Ирана в регионе или на изменение его взглядов и политики в отношении Ирака, Йемена, Сирии, Ливана или Израиля-Палестины.

Допустим, что США вышли из сделки для того, чтобы перезагрузить политику коллективного Запада в отношении Ирана. Однако для того, чтобы повлиять на региональное поведение Ирана и его ракетную программу, требуется гораздо более всеобъемлющий и сложный переговорный процесс. Он должен будет касаться многогранных кризисов в различных областях с осознанием того, что все они неразрывно связаны и должны рассматриваться одновременно, а не последовательно. Ориентиром должен являться принцип «ничего не согласовано, пока не согласовано все».

Реализация этого принципа могла бы лишить многочисленных спойлеров с обеих сторон любого шанса сорвать переговоры. Фактически, речь идет о таком переговорном процессе, когда максимально учитываются интересы всех сторон. Если стремиться к справедливому и прочному соглашению, то не должно быть места для двойных стандартов или самовосхвалительных заявлений о моральном превосходстве, исключительности нации или особенностях исторической судьбы или мессианства с обеих сторон.

Говоря проще: стороны переговоров должны быть равными. Но готов ли Запад к тому, чтобы разговаривать с Ираном на равных? Конечно же, нет, поскольку, к примеру, ядерная сделка была важным шагом к созданию глобального ближневосточного переговорного процесса. Шаг назад, сделанный США, показал, что им не нужен переговорный процесс равноправных переговорщиков, да и вообще – стабильность БВ как таковая.

Поэтому подчеркнем, что к глобальному переговорному процессу не готовы, прежде всего, США. Вашингтон должен определиться с тем, чего он стремится достичь в регионе, и прекратить следовать настроениям израильских и саудовских элит.

Мир, стабильность и безопасность, а также реальные интересы США не будут ни поощряться, ни гарантироваться, если Вашингтон продолжит оказывать непоколебимую поддержку израильской и саудовской политике, которая оторвана от реальности.

Лучшее поведение для США в этой ситуации – роль непредвзятого третейского судьи. Насколько реально ожидать от Вашингтона подобного хладнокровия?

Продолжение: Новая архитектура безопасности: вклад Дональда Трампа. Часть 5

Айдар Хайрутдинов

Социальные комментарии Cackle
Home