Новейший Ислам 2.0 представляет большую угрозу для западной цивилизации
Выражаясь компьютерным языком, если Аятолла Хомейни, Усама бен Ладен и Нидаль Хасан представляют Исламизм 1.0, то турецкий премьер-министр Реджеп Таййип Эрдоган, швейцарский интеллектуал Тарик Рамадан и американский конгрессмен Кейт Эллисон являются представителями Исламизма 2.0. Первые убили больше людей, однако вторые представляют бОльшую угрозу для западной цивилизации, пишет в газете Джерусалем Пост известный своими исламофобскими воззрениями востоковед Даниэль Пайпс.
Целью версии 1.0 были те, кто препятствовал установлению глобального халифата, живущего по законам шариата. Исконная тактика исламизма, начиная тоталитаризмом и заканчивая «мега-терроризмом», включает в себя неограниченную жестокость. Три тысячи убитыми за один террористический акт? Старания бен Ладена приобрести ядерное оружие указывают на то, что кровавые потери могут быть в сотни, а может и в тысячи раз больше.
Однако обзор последних трех десятилетий, когда исламизм стал существенной политической силой, показывает, что жестокость сама по себе редко приносит результаты. Выжившие после террористических актов редко капитулируют перед радикальным исламом. Так было после убийства Анвара Садата, после событий 11 сентября, после взрывов в Мадриде в 2004 г. и взрывов в Аммане в 2005 г. и т.п. Терроризм наносит физический ущерб, убивает и запугивает, но он редко меняет существующий порядок. Представим, что исламисты стали причиной разрухи, сравнимой с последствиями урагана Катрина в 2004 г., и чего бы они в итоге добились?
Методы, не связанные с терроризмом, в установлении шариата работают лучше. Только один раз исламисты пришли к власти в результате революции (т.е. широкомасштабного социального восстания). Это случилось в Иране в 1978-79 гг. Военный переворот привел исламистов к власти в Судане в 1989 г. Гражданская война привела их к власти в Афганистане в 1996 г.
Если стратегия Исламизма 1.0 редко имеет успех в продвижении шариата, то стратегия Исламизма 2.0, направленная на изменение системы изнутри, работает лучше. Искусные в завоевании общественной поддержки исламисты являются основной оппозиционной силой в таких странах, как Марокко, Египет, Ливан и Кувейт. Исламисты также победили на выборах в Алжире в 1992 г., в Бангладеш в 2001, в Турции в 2002 г. и Ираке в 2005 г.
Придя к власти, они способны установить в стране законы шариата. В то время, как толпа демонстрантов выступала против Махмуда Ахмадинеджада, а бен Ладен скрывался в пещерах, Эрдоган грелся в лучах славы, перекраивал Турецкую республику и предложил соблазнительную модель для исламистов по всему миру.
Поняв это, один из бывших лидеров Аль-Каиды отказался от террористических методов в пользу политических. Саййид Имам аль-Шариф, более известный как доктор Фадль, был обвинен в пособничестве убийцам Садата. В 1988 г. он опубликовал книгу, в которой проповедовал идеи перманентного джихада против запада. Со временем, правда, Шариф понял бесполезность смертоносных атак и вместо этого начал выступать в защиту идей проникновения в госструктуры и оказывания влияния на общество.
В своей последней книге он осудил применение силы против мусульман («За каждую каплю крови в Афганистане и Ираке лежит ответственность на бен Ладене, Завахири и их последователях») и даже против немусульман (взрывы 11 сентября были непродуктивными, т.к. «что хорошего если вы уничтожаете одно из зданий ваших врагов, тогда как он в ответ уничтожает одну из ваших стран? Что хорошего, если вы убиваете одного их человека, тогда как они убивают тысячи ваших»?)
Переход Шарифа от теоретика терроризма к проповеднику законной трансформации символизирует более широкий сдвиг. Как замечает Лоуренс Райт, отступничество Шарифа представляет «огромную угрозу» Аль-Каиде. Другие умеренные исламистские организации в Алжире, Египте и Сирии осознали потенциал законного исламизма и открыто отказались от жестокости.
Подводя итог, можно сказать, что только исламисты, а не фашисты и коммунисты, смогли отказаться от грубой силы для получения общественной поддержки и выработали версию 2.0. Т.к. такой исламизм подрывает систему традиционных ценностей и уничтожает свободы, он может представлять куда более страшную угрозу для цивилизованного запада, нежели жестокость версии 1.0.
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора статьи
