Как относился к предсказаниям и гаданиям великий Тамерлан?

Известный политический и общественный деятель, публицист, историк, тюрколог, профессор Ахметзаки Валиди Тоган  (1890-1970) в свое время  исследовал происхождение древних тюрков по первоисточникам. Он обращается к трудам великого богослова и мыслителя Шигабутдина Марджани, выдающихся европейских ученых В.Радлова, В.Бартольда, Г.Говарта, Ч.Френа. В результате в 1911 году им была издана книга  «Кыскача төрек вә татар тарихы» («Краткая история тюрков и татар»), получившая  добрую оценку общественности и принесшая автору большую известность.

Islam-today предлагает вниманию читателей главы из указанной книги.

Тимур был среднего роста, коренастый, широкоплечий. У него были крупные черты лица, кожа которого отличалась  белизной. Шея была толстой, пальцы были толстые и крупные. Вот как описывает Тимура один из европейских путешественников: «Он обладал такой силой, что ловко стрелял из татарского лука. При этом следует заметить, сам лук весьма тяжел и для того, чтобы натянуть его тетиву требуется недюжинная сила. При стрельбе дуга лука в сильных руках Тимура изгибалась до крайнего предела, и редко кто в его войске может соперничать с ним в стрельбе из лука».

На поле брани Тимур сражался наравне со всеми в первых рядах, а потому он много раз был ранен. Бывало и так что его выносили с поля боя на руках. Во время сражения с ханом Сахестана неприятельская стрела вонзилась ему в ногу и Тимур позволил перевязать рану только после завершения боя. После этого он на всю жизнь остался калекой. Хан оказавшегося в полном окружении Хорезма Юсуф обратился с письмом к Тимуру, в котором призвал его ради сохранения жизни множества людей, выйти на открытый поединок и померяться воинской доблестью.

К слову, сам хан Юсуф тоже был человек не робкого десятка. Кто-то из близких попытался надоумить Тимура не принимать вызов, однако последний столь грозно отнесся к этому предложению, что даже пригрозил этому доброхоту казнью и вооруженный мечом отправился к месту дуэли. Однако поединок не состоялся, так как Юсуф испугался своего гневного противника.

Тимур ненавидел гадания, разных звездочетов и любил повторять: «Счастье человека зависит единственно от Аллаха Та’аля, создавшего и эти звезды и все человечество». Тимур был силен не только физически, он был крепок и духовно. Когда в Халебе, внезапно возник пожар и толпы людей в панике метались в поисках спасения, Тимур с улемами обсуждал важные вопросы государства. Выглянув в окно, он спросил ученых: «Ответьте мне, кто из этих несчастных попадет в рай, а кто будет низвергнут в ад?»

Один из участников собрания сказал: «В раю окажутся только те, кто был крепок в вере!». Тимур был непримирим по отношению к своим врагам, и кто решался противоречить его воле. Гнев его не имел границ и был беспощаден. В этом смысле он превзошел даже самого Чингисхана и его потомков. Во время взятия города Дели в сражении погибло сто тысяч жителей, Багдада – девяносто тысяч.

Примерно такие же потери упоминаются при взятии Халеба, Дамаска и Исфахана. Захватив Хорезм татары по его приказу город сравняли с землей и посеяли на его месте ячмень, а всех жителей перевезли в Самарканд. Зная насколько жесток и кровожаден завоеватель, многие жители осажденных его войсками городов предпочитали сдавать свои населенные пункты без боя.

Однако надо признать что, сколько бы стран не завоевывал Тимур и как бы не содрогались при упоминании его имени люди, он никогда себя не объявлял верховным ханом или правителем, а всегда оставался в тени и назначал своего наместника. В 1388 году после кончины хана Сиюр Гатмаша, на освободившееся место Тимур определил сына покойного хана  Махмуда. Как правило, деньги чеканились по имени ханов, в мечетях хутбы провозглашались в честь именно этих наместников, а Тимур занимал пост рядового эмира при дворе своего наместника.

Естественно, упомянутые здесь ханы, играли лишь номинальную роль, как это было в правление эмира Казгана. Они не встревали в государственные дела и ограничивались лишь тем, что совершали ду’а во имя здоровья и благополучия своего великого правителя, да и Тимур, в свою очередь, признавая их ханами, удостаивал их всяческих почестей и уважения. В те времена между потомками Чингисхана и старшим поколением из рода Тимура существовала негласная договоренность о том, что все они будут исполнять роль визирей при человеке, занимающем ханское место. Тимур сохранял верность этим правилам, помимо этого он весьма прилежно соблюдал обычаи и национальные традиции своего народа.

Islam-Today