Век безнаказанности и новые правила

Начало: Век безнаказанности. Часть 3

Экс-министр иностранных дел Великобритании Дэвид Миллибэнд, выступая в фонде Фулбрайта с лекцией о современной ситуации в мире, отметил, что в последние десятилетия предпринимались попытки привлечения к ответственности военных преступников. В частности, он привел в пример Международный уголовный суд, учрежденный в 1998 году Римским. Несмотря на ряд неудач, МУС и другие международные трибуналы предъявили обвинения более чем 700 лицам и вынесли более 250 обвинительных приговоров.

В 1999 году премьер-министр Великобритании Тони Блэр попытался установить определенные критерии, дающие права на вмешательство международного сообщества в случаях нарушения прав человека. Призывая США не прибегать к изоляционизму, надо понимать, ради того, чтобы уйти от ответственности за свои грязные игры, он утверждал, что отречение от военных преступлений и предание суду их виновников, является делом здравого смысла.

Тем временем Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан приступил к пересмотру понятия государственного суверенитета. Он утверждал, что глобализация изменила правила игры. В 1999 году Аннан писал: «В настоящее время государства широко понимаются как инструменты на службе своих народов, а не наоборот. В то же время индивидуальный суверенитет, под которым я подразумеваю фундаментальную свободу каждого человека, закрепленную в Уставе ООН и последующих международных договорах, укрепляется благодаря обновленному и расширяющемуся осознанию понятия «права человека».

После геноцида в Руанде и трагедии в Сребренице в середине 1990-х годов призывы к привлечению к ответственности тех, кто совершает преступления против собственного народа, стали реальными. Международная комиссия Аннана по вопросам внешнего вмешательства и государственного суверенитета породила идею ответственности за защиту прав человека.

Несмотря на политические разногласия и внешнеполитические ошибки вторжения в Ирак, о которых Миллибэнд писал в своей книге «Спасение: беженцы и политический кризис нашего времени как стратегическая катастрофа», что в международных отношениях появился четкий новый принцип: правительства несут ответственность за безопасность своих граждан, но если они не выполняют свою часть сделки, ответственность лежит на других.

Эта идея была принята в ООН и была включена в Резолюцию Генеральной Ассамблеи 2005 года в следующем виде:

«Каждое отдельное государство несет ответственность за защиту своего населения от геноцида, военных преступлений, этнических чисток и преступлений против человечности. Эта ответственность предусматривает предупреждение таких преступлений, включая их подстрекательство. … Международное сообщество, при посредстве ООН, также несет ответственность ... чтобы помочь защитить население...

ООН готов своевременно и решительно принимать коллективные меры через Совет безопасности в соответствии с Уставом, включая главу VII, на индивидуальной основе и в сотрудничестве с соответствующими региональными организациями, если мирные средства окажутся недостаточными, а национальные власти явно не смогут защитить свое население от геноцида, военных преступлений, этнических чисток и преступлений против человечности».

Таким образом впервые была достигнута принципиальная антитеза эпохе безнаказанности. Резолюция Генассамблеи ООН стала, по словам Миллибэнда «высшей точкой» международного доверия и приверженности соблюдению стандартов, изложенных в Уставе ООН. Она не пряталась за государственный суверенитет, перекладывая ответственность на органы государственной власти, а прямо устанавливала пределы суверенитета, те нормы, при нарушении которых он мог быть нарушен вмешательством извне.

Резолюция ООН не была бесцеремонным заявлением о праве на применение силы против суверенных государств, но признанием того, что иногда это может быть необходимым актом. Своим решением ООН показала, что не станет лишь на словах говорить о предотвращении злодеяний, но будет ставить в центр внимания мировой общественности и государственной власти профилактику преступлений против человечности.

Таким образом, ООН приняла принципиальную установку о том, что мир между народами – это только половина уравнения международной стабильности; другая половина – это мир и стабильность внутри государств, а для этого требуется иной набор принципов, новый набор обязательств и новый набор инструментов.

Айдар Хайрутдинов