Трубопроводная ли война идет в Сирии? Часть 2

В предыдущем материале мы рассматривали версию, согласно которой происхождение сирийского кризиса не вызвано конфликтами интересов вокруг транспортировки ближневосточных углеводородов.

Робин Ясин-Кассаб, автор книги «Горящая Страна: сирийцы в революциях и войнах», говорит, что теория о трубопроводной войне игнорирует то, как начинался этот конфликт, и упускает из виду первые месяцы революции. Писатель считает, что подобно другим теориям заговора, миф о трубопроводной войне процветает на отсутствии углубленных знаний о стране.

Начнем с того, что в 2009 году Сирия объявила политику минимального внимания к тому, что в то время происходило за пределами ее границ. Политика получила по-восточному пышное название Стратегии четырех морей. Она была нацелена на превращение страны в транзитный хаб для газа из Персидского залива, Черного моря, Кавказа и Средиземноморья за счет: 1)строительства 6300 километровой сети газо-и нефтепроводов, пересекающих страну во всех направлениях и, 2) использования Евро-Арабского газопроводa Машрик (ЕАГП). Хотя ЕАГП не является доминирующей составляющей в контексте Сирии как Трубопроводстана, тем не менее, он обнажил проблемы, с которыми столкнулись инициаторы проекта, когда дело дошло до укладки трубопроводов в регионе.

Проект ЕАГП существовал в чертежах в течение почти 20 лет, после чего в 2003 году началось его строительство. Смета стройки составляла 1.2 миллиарда долларов. Предполагалось уложить 1200 км. труб из Египта через Иорданию и Сирию, до границы с Турцией близ городка Килис. Здесь он должен был соединяться с планируемым газопроводом «Набукко», через который газ должен был экспортироваться в Европу.

Один из ключевых элементов проекта ЕАГП состоял в том, что по нему Египет должен был качать газ в Сирию и Иорданию. Сирия являлась бы потребителем египетского газа, затем добавляла бы в трубопровод газ из собственных северных месторождений, прежде чем отправить топливо на север в Турцию.

К тому моменту, когда в 2011 году разразилась война в Сирии, последний отрезок ЕАГП Алеппо-Килис был почти достроен, но, похоже, уже никогда не будет завершен. Тогда, еще до начала вооруженного конфликта, возник ряд проблем с этим трубопроводом, который стоил 1.5 миллиона долларов за километр. Вот что говорит об этом Джим Деконс, - шотландский инженер-энергетик, который работал на ЕАГП в Сирии, включая проектирование заключительного этапа проекта: «Когда я уехал [из Дамаска в 2010 году] через Иорданию подавалось мало газа, поскольку Египет находился в газовом тупике. У них нет газа, достаточного для экспорта, несмотря на подписание контрактов по всем направлениям, поэтому они изначально не были в состоянии выполнять свои обязательства».

Действительно, добыча газа в Египте сократились с 220 млн. кубических футов (кф.) в сутки в 2010 году до 80 кф. в 2011 году. А в 2012 году ЕАГП была закрыта из-за терактов на газопроводе в Синае с одной стороны, и из-за растущего спроса на газ для внутреннего потребления в самом Египте. В результате, египетская стартовая ветка ЕАГП так и не возобновила свою работу. Без достаточного количества газа, ЕАГП превратился в подобие того самого большого, но пустого чемодана, который и нести неудобно, и выбросить жалко. Суть проекта ЕАГП состояла в том, чтобы экспортировать газ из Египта в Европу, но, по словам Деконса: «в реальности там никогда не будет достаточно сырья для того, чтобы проект себя оправдал».

Здесь мы подошли к важнейшему выводу, который уже озвучен экспертами по энергетике: проблемы, которые обрушились на ЕАГП также будут сопровождать и планируемый иранский газопровод в Сирию. А главная из этих проблем заключается в отсутствии достаточного количества газа.

(продолжение следует)

Айдар Хайрутдинов