Французский разворот: станет ли Хафтар союзником Парижа?

10 марта произошло событие, которое может изменить расклад сил в неспокойной Ливии и связанную с ней международную ситуацию. В этот день состоялся краткий необъявленный визит фельдмаршала Халифы Хафтара в Париж по приглашению французского правительства.

Визит, надо сказать, проходил на высшем уровне – Халифа Хафтар имел встречу с президентом Эммануэлем Макроном в Елисейском дворце. После встречи двух политиков от очевидцев была получена информация о том, что маршал Хафтар заверил французов, что он привержен подписанию соглашения о прекращении огня, но это обязательство будет прекращено, если ополченцы не будут его соблюдать.

Ополченцы, которых упомянул Хафтар, представляют собой коалицию, которая поддерживает Правительство национального согласия (ПНС), в настоящее время признанное Францией единственным законным правительством в Ливии. Термин «ополченцы», использованный в лексиконе двух высокопоставленных переговорщиков, означает, что во Франции зреет или уже сформировался политический поворот в ее ливийской политике. Действительно, для Франции, как одно из пяти государств, обладающих правом вето в Совете Безопасности ООН, использование термина «ополченцы» в таком контексте и на таком высоком уровне является из ряда вон выходящим событием.

Реакция ПНС последовала незамедлительно – оно обвинило правительство Макрона в поддержке Ливийской национальной армии (ЛНА) фельдмаршала Хафтара и даже заявило, что это Франция дала ему зеленый свет для начала атаки на Триполи в апреле прошлого года. С тех пор войска ЛНА осаждают ливийскую столицу, хотя их продвижение практически остановилось. В течение последних пяти дней в Триполи было относительно тихо, не было слышно ни выстрелов, ни артиллерийских взрывов.

Итак, означает ли визит Хафтара и тон, принятый французами, объявление новой позиции официального Парижа, согласно которой Франция будет открыто поддерживать ливийского фельдмаршала? Этот ход Парижа может означать, что Франция рассматривает Хафтара в качестве своего союзника и, как инструмент влияния на ПНС в Триполи.

После Парижа ливийский командующий отправился в Берлин. Это бы его второй визит после январской конференции по Ливии в Германии, когда США, Великобритания, Франция, Россия и региональные участники процесса взяли на себя обязательства по установлению мира в Ливии. В Берлине Хафтар имел еще одну встречу на высшем уровне – с канцлером Ангелой Меркель. Меркель осталась на прежних позициях, подтвердив, что в качестве единственного способа решения ливийского конфликта Германия рассматривает политические действия, для успеха которых, прежде всего, следует добиться прекращения огня (которого, увы, не наблюдается).

Да, в январе, казалось бы, были достигнуты некоторые успехи по де-эскалации ситуации в Ливии. Крупнейшие державы-участницы, а также Египет, Турция, Алжир и Объединившиеся Арабские Эмираты обязались усилить эмбарго ООН на поставки оружия, введенное в отношении Ливии с 2011 года. Это коллективное решение было закреплено специальной резолюцией СБ ООН, принятой 12 февраля, за которую проголосовала Франция, а также другие страны (Россия воздержалась). Однако, несмотря на достигнутые договоренности, насилие в Ливии лишь обострилось, и по сообщениям наблюдателей в эту североафриканскую страну поступает все больше оружия.

В свете происходящего возникает закономерный вопрос: неужели Франция отказалась от своей приверженности мирному урегулированию ливийского кризиса и решила хоть и опосредованно, но поддержать войну, которая ведется в Ливии? Однако с чего вдруг? Возможно ли, что Франция принимает участие в подковёрной борьбе против растущего влияния Турции, которая выступает на стороне ПНС Ливии?

Кроме этого, в свете вспышки пандемии коронавируса резко усилилось напряжение между Анкарой и государствами-членами ЕС, в частности Францией и Германией, по вопросу о мигрантах. На этом фоне визит Хафтара и то, как его приняли в Париже, действительно, может означать, что в ливийском вопросе Франция и ЕС готовы выступить против Турции.

Как бы там ни было, вояжи Халифы Хафтара во Францию и Германию укрепляют его международные позиции. Главный сдвиг отношения к нему заключается в том, что ряд стран ЕС, включая Францию, стали видеть в нем человека, с которым можно иметь дело. Возможно, он и не является идеальным вариантом для Ливии, но многие ливийцы утверждают, что он - меньшее из двух зол.

Айдар Хайрутдинов