• Фаджр
  • Восход
  • Зухр
  • Аср
  • Магриб
  • Иша

Дискуссия о генезисе исламофобии. Часть 2

533

Об исламофобии. (Источник фото: yandex.ru)

Об исламофобии. (Источник фото: yandex.ru)

Начало: Дискуссия о генезисе исламофобии

Вернемся к статье госпожи Салихи Анвар. В отличие от М. Акйола, склонного видеть в исламофобии реакцию западных обществ на поведение самих мусульман, С. Анвар считает, что турецкий ученый чрезмерно упрощает проблему, и что исламофобия возникла на других основаниях. По мнению С. Анвар, исламофобия – это мировоззрение, которое намеренно было встроено в умы людей по всему Западу, включая Германию, Великобританию и США. Исламофобская идеология была специально разработана и скомпонована таким образом, что «помогла сформировать ментальные рамки многих современных белых сторонников превосходства, ведущих ультраправые движения в этих странах», - пишет Салиха Анвар.

По мнению цитируемого политолога, «антимусульманская ментальная структура», проще называемая исламофобией, была преднамеренно создана в США в 1990-е годы после распада СССР. Ученые, аналитические центры и политические лидеры сыграли решающую роль в создании антиисламского сообщества на Западе, чтобы начать свою новую программу вторжения в мусульманский мир. Заказ американского истеблишмента усердно обслуживался СМИ. Например, за последние десятилетие прошлого века газета «Нью-Йорк Таймс» опубликовала множество антимусульманских статей, внушая обществу соответствующее отношение к мусульманам.

В свою очередь, взгляды Салихи Анвар на генезис исламофобии, анализирует г-н Ахмад Али Накви, ученый-политолог, преподающий в одном из университетов Пакистана. Он ставит под сомнение вывод о том, что западная интеллигенция и научные круги нарисовали искаженную картину ислама и мусульман ради достижения стратегических интересов во всем мире.

Не соглашаясь с выводами Анвар, Накви пишет: «Первый аргумент, представленный г-жой Салехой и поддержанный многими в мусульманском мире, чрезмерно упрощает сложную социально-политическую проблему. Это скорее зеркальное отражение того самого принципа, на котором построена исламофобия, то есть удобная экстернализация более широкой проблемы».

Развивая мысль о изъянах позиции г-жи С. Анвар, Ахмад Накви отмечает, что такие ученые, как Бернард Льюис и Сэмюэль Хантингтон, пытались проанализировать мировой порядок, возникший после окончания Холодной войны, чтобы предсказать будущее мировой политики. При таком подходе важно выявить новые властные структуры, которые возникли после окончания Холодной войны и которые ведут друг с другом борьбу за власть.

При этом, каждая властная структура имеет свою, конкурирующую другими, идеологию. И хотя Накви не склонен соглашаться с выводами Льюиса и Хантингтона, он признает, что нельзя ставить под сомнение саму дискуссию, которая была именно тем, в чем нуждался мир в то время и нуждается даже сейчас. Накви заключает, что труды упомянутых ученых хоть и вызвали споры, но не распространяли ненависть к мусульманам.

Возможно, что так оно и есть, поскольку обыватель мало интересуется дискуссией, имеющей место среди ученых, и книгами, которые те пишут. Однако идеи ученых, провозглашавших идеи конфликта цивилизаций вполне могли взять на вооружение политики. В таком случае, нельзя отмахнуться от предположения о том, что идеи этих ученых не послужили взращиванию исламофобии на государственном уровне.

По мнению Накви, утверждение о том, что исламофобия является политически сконструированным феноменом современных популистских лидеров для достижения ими корыстных политических целей, является вполне разумной конструкцией, которая, однако, говоря его словами: «противоречит эмпирическим данным». Накви пишет: «Нет никаких сомнений в том, что популистские лидеры процветают на идеологиях ненависти, таких как исламофобия, однако здесь я считаю, что они ее не создавали».

Более того, Накви заключает, что народные лидеры являются продуктом, а не причиной проблемы исламофобии в западных обществах. Так, например, исламофобия «существовала в западном мире задолго до прихода к власти Дональда Трампа, хотя он и выступает катализатором этой проблемы».

Пакистанский политолог обращает внимание на существование группы интеллигенции и ученых, в основном мусульман, и нескольких представителей западной науки, которые считают исламофобию реакцией на растущий радикализм внутри мусульманских государств и их нежелание модернизировать себя. Эти ученые ожидают от мусульман самоанализа как единственного доступного решения их проблем, одной из которых является растущая по всему миру волна исламофобии.

Ахмад Накви отмечает, что такие интеллектуалы и ученые игнорируют тот факт, что модернизация среди мусульман перестала быть проблемой уже в ХХ веке. И вообще, мусульмане столкнулись с проблемами модернизации давно – где-то это произошло в середине XIX в., где-то – в конце XIX в. и в начале ХХ в.

При таком раскладе непонятно, почему западные общества обратили внимание на этот фактор в первом десятилетии XXI века? Поэтому утверждение о том, что исламофобия на Западе вызвана нежеланием мусульман модернизироваться противоречит реальности. Возможно, на Западе ждут модернизации самого ислама? В таком случае, это уже другая история и другая тема.

Наконец, г-н Накви предлагает свой взгляд на происхождение исламофобии. По его мнению, исламофобия западного обывателя основана на двух различных, но взаимосвязанных предпосылках (точнее, стереотипах): во-первых, на стереотипе о том, что ислам – это насильственная религия и/или она несовместима и нетерпима к «другим»; во-вторых, на стереотипе о том, что мусульмане жестоки, нецивилизованны и поэтому должны содержаться на своей собственной территории, поскольку они отрицательно влияют на западный образ жизни.

Первый стереотип о том, что ислам по своей сути является отдельной религией и несовместим с западными ценностями, является аргументом не только западных ученых, но и многих мусульман. Однако ислам всегда был одним и тем же, замечает политолог из Пакистана.

Из статьи г-на Накви чувствуется, что ученый взялся высказать несколько реплик по поводу статьи г-жи Анвар. Однако сама тема, несомненно, актуальна, поэтому позволю себе развить ее дальше.

Действительно, еще со времен Средневековья на Ближнем Востоке под знаменем ислама мусульмане мирно уживались с «другими» - иудеями, христианами, и другими группами, если уж в качестве примера взять поликонфессиональное сообщество. И так продолжалось до начала ХХ в. Исламские ценности касательно «других» не изменились. Никто не отрицает, что в целом, исламские ценности в прошлом отличались от западных ценностей так же, как отличались от них во времена Холодной войны и как отличаются сейчас. Но это другое, - это то, что делает ислам исламом. Но обвинять ислам в отчуждении им «других» неуместно.

Второй стереотип о том, сводящийся к идее о том, что Западу не следует допускать мусульман к себе в силу их «жестокости и нецивилизованности» и отрицательного влияния на западное общество, имеет больше оснований считаться истоком исламофобии.

Действительно, мусульмане диаспоры внутри западных сообществ начинают оказывать серьезное влияние на окружающую их реальность. Однако в этом случае проблема заключается не только в мусульманах, (а точнее – в т.н. «мусульманах»), но и в самом западном обывателе, который не хочет меняться. Западному обывателю проще обвинить мусульман в «жестокости и нецивилизованности», нежели найти причину проблемы в себе самом, а также в истории отношения Запада к мусульманскому миру в не таком уж далеком прошлом.

Айдар Хайрутдинов

Комментарии для сайта Cackle