В день киямата за это упущение спросят с меня...

Предание

Достопочтенный Умар (р.а.) отправился из Лучезарной Медины в хадж. Поняв, что в дороге туда и обратно он потратил восемьдесят дирхемов, он сильно огорчился и промолвил: “Слишком много я израсходовал”.

Передают, что по дороге в Священную Мекку и обратно он ни разу не ставил шатер и отдыхал, лишь навешивая для тени старую занавеску.

Как передают, каждый раз, когда халиф Умар (р.а.) хотел что-нибудь запретить народу, предварительно он собирал всех своих домочадцев и родственников и говорил им:

“Обратите внимание, я запретил всем людям такую-то вещь, о чем повелел Аллах Всевышний. Вам следует быть еще более внимательными, чтобы не нарушить этот запрет. Если кто-то из вас совершит запрещенное мною, того я накажу его строже, чем других людей”.

Только после этого он объявлял народу о данном запрете. И родные старались быть более внимательными, чтобы не сделать ничего запретного.

Однажды в окрестностях Медины сбежал один верблюд, сбросив седло. Достопочтенный Умар погнался за ним, желая поймать. По пути ему встретился хазрати Али (р.а.) и удивленно спросил: “О, Повелитель правоверных! Что же случилось?”

Достопочтенный Умар (р.а.) в ответ на это сказал: “Эй, мой брат Али! Этот верблюд - принадлежность государственной казны. Он сбросил седло и убежал. Я хочу поймать его и вновь оседлать, чтобы во время моего правления не было ущерба бейтулмалу”.

“Разве нельзя было не бежать самому, а велеть кому-нибудь другому?” - спросил досточтимый Али.

Халиф Умар (р.а.) ответил: “Эй, сын дяди Посланника Аллаха! Я сам должен сделать это, поскольку в день киямата за это упущение спросят с меня. Лучше никому не доверять такого дела, а сделать самому. Я делаю это для того, чтобы не испытать трудностей в вечной обители”.

Услышав эти слова, хазрати Али произнес “Ах!” и заплакал. “О Умар! Ты лишил покоя тех, кто придет после тебя. Ведь они не смогут точно следовать по этому пути и будут испытывать большие трудности”, - промолвил он.

Передают, что на одном собрании хазрати Умар (р.а.) заплакал. Когда спросили о причине, он сказал: “Как же мне не плакать?! Если на берегах Евфрата затеряется один козленок, то в день киямата спрос будет с меня”.

Также передают, что в один из дней хазрати Умар (р.а.) взял в руки соломинку и печально промолвил: “Эх, стать бы мне этой соломинкой! Не родила бы меня моя мать! Не быть бы мне известным человеком, чтобы про меня все забыли!”

Из книги Шамседдина Сиваси «Предания о четырех халифах»