В категориях войны

Нынешний мир сильно смахивает на театр абсурда, но не мы его таковым сделали. Россия, предлагающая ведущим странам Запада объединиться в борьбе с международным терроризмом, в ответ получает от своего “партнера” козни и интриги, например, допинговый скандал, порочащий наших олимпийцев. Все это, увы нацелено на подрыв авторитета нашей страны в глазах обывателя, но никак не на уничтожение террористов, превративших Западную Европу в тир для своих боевиков.

Поскольку действия западных стран планируются и координируются в США, то и корень зла следует искать в отношении этой заокеанской державы к России. А отношение ее к нам выражается лишь в категориях войны. Не только в годы холодной войны, но и в наши дни Россия продолжает оставаться для американской политической элиты «главным врагом». Действительно, если послушать Обаму, то ИГИЛ – это для США не самое опасное.

Культивируемый в США и проамериканских странах Западной Европы образ России как врага имеет под собой ряд мотивов и причин. Вполне возможно, что искусственно раздуваемое противостояние Запада с Россией позволяет прокачивать огромные суммы ради обеспечения военных заказов, или для расширения НАТО. Возможно также, что образ России как врага, насаждаемый в сознание западного обывателя, представляется мерой по отвлечению внимания собственного населения от внутренних проблем государства. Эти моменты нашли отражение в книге политолога Джозефа Гелета, «Splitting Pennies: Understanding Forex». Эксперт, пишет, что государственная политика США, вооружившись изощренной лживой пропагандой, привела к созданию в головах американцев «непробиваемой стены тупости».

Даже современные термины, такие, как, например, прокси-война или гибридная война возникают в умах западных пропагандистов и внедряются их же усилиями. Так, на Западе царит абсолютная уверенность в том, что Россия и Соединенные Штаты на протяжении нескольких последних лет ведут гибридную войну в Сирии. Об этом пишет «New York Times» в одном из недавних номеров. А если учесть, что СМИ отражают настроения политического руководства, то становится понятным откуда начинается мышление в категориях войны. На этом фоне ставшее уже привычным для уха россиян выражение «наши западные партнеры» выглядит не только корректным, но и хорошо характеризует отношение российских государственных деятелей высшего звена к происходящему в мире: не война, но отношения, какие бы они ни были натянутые.

Такой подход приносит свои положительные результаты. В частности, если говорить о Сирии, то западные эксперты признают, что российские авиаудары дали ясное понятие не только о качестве и эффективности вооружений, но и показали наличие у российской стороны глубокой разведывательной сети в Сирии, в том числе и на территориях, остающимися пока под контролем ИГИЛ.

С другой стороны, оппозиционные сирийскому правительству группировки оказались в столь плачевном положении, что осуществляемые ЦРУ поставки вооружений начинают терять всякий смысл.

Очевидно, что Россия получила превосходство в Сирии, ни разу не скатываясь к озвучиванию своих действий в категориях войны с Западом. Говоря проще, сторона, которая избрала для себя политику истерии и задиристого размахивания кулаками теперь утирается, теряя свой политический вес и авторитет в регионе БВ, а Россия последовательно и уверенно обретает статус самого значимого участника ближневосточного урегулирования и борца с международным терроризмом. И если уж нашим западным партнерам столь милы категории войны, то им следовало бы знать, что в бою побеждает не тот боец, который много кричит, а тот, кто спокойно наносит точные удары.

В этом свете визит президента Турции в Москву, равно как и трехсторонний саммит Россия-Азербайджан-Иран представляют собой, с одной стороны, конструктивные шаги к налаживанию нормальных отношений между государствами, а с другой стороны точные удары по коварству и лицемерию Запада.

Айдар Хайрутдинов