Реклама
Общество

Демографическое будущее исламского мира. Часть 2

1351

Как следует из данных табл. 5, население Восточной Африки в середине прошлого века равнялось 60 млн. человек (2,4% миро­вого). За вторую половину столетия оно увеличилось в 3,6 раза, достигнув почти 220 млн. Численность жителей в главной стране региона - Египте росла несколько медленнее, очевидно под воздействием   государственной  политики   планирования   семьи (в 3,3 раза, на 2,4% в год). Более высокими темпами увеличивалось количество жителей Судана, но разброс в темпах естественного движения населения по странам был в целом невелик.

Средний вариант прогноза по региону свидетельствует о со­храняющихся потенциях высокого роста: к 2030 г. население должно превзойти планку в 400 млн., а к 2050 г. - в 500 млн. чело­век. Увеличиваясь в среднем на 1,8% в год, восточноафриканский мусульманский ареал почти догонит ареал Южной и Юго-Восточ­ной Азии, отставая от него в 1950 г. более чем вдвое. Доля региона в планетарном населении последовательно возросла с 2,4% в 1950 г. до 3,5% в 2000 г., а в 2030 г. составит 4,9%, в 2050 г. -5,7%. При этом скорость увеличения численности египтян должна замедлиться до 1,2% в среднем в год, но это замедление куда ме­нее значительно, чем в случае с Турцией и Ираном, которые при­мерно равны по величине населения с Египтом в 2000 и 2010 гг. Повышенными для региона темпами будет возрастать численность жителей в самых бедных и крупных государствах - Судане и Эфиопии (в последней почти на 2% в среднем в год). Если прогноз ООН оправдается, эта мусульмано-христианская страна превра­тится в одну из самых населенных в мире. Вместе с похожим по конфессиональной структуре Суданом она образует смежный ареал более чем в 250 млн. человек, а с Сомали почти 300 млн. В то же время рекордно высокими для региона являются как оце­ночные, так и прогнозные данные по полумусульманской Танзании.

ВОСТОЧНАЯ АФРИКА

Таблица 5 

Страны

% мусульман

1950 г.

2000 г.

2010 г.

2030 г.

2050 г.

млн. человек

Джибути

94

0,05

0,7

0,9

1,2

1,5

Египет

94

21,5

70,1

84,5

110,9

129,5

Коморские острова

98

0,2

0,6

0,7

1,0

1,2

Сомали

100

2,3

7,4

9,4

15,7

23,5

Судан

65

9,2

34,9

43,2

61,0

75,9

Танзания

45

7,7

34,1

45,0

75,5

109,5

Эритрея

48

1.1

3,7

5,2

10,8

Эфиопия

48

18,4

65,5

85,0

131,6

173,8

Итого

 

60,2

217,0

273,9

405,0

525,6

Северная Африка является регионом существенно более од­нородным по религиозному составу населения. От Ливии до За­падной Сахары, находящейся под управлением Марокко, его в ос­новном населяют мусульмане арабо-берберского происхождения. За вторую половину XX в. число жителей в ареале увеличилось в 3,3 раза (см. табл. 6). По среднему прогнозу ООН, в текущем сто­летии темпы будут вдвое ниже, в среднем 0,9% в год, а между 2030 и 2050 гг. -только 0,5%. В мировом населении доля региона, повысившись с 0,9 до 1,3% между 1950 и 2000 гг., должна в даль­нейшем сохраниться без изменений, что говорит о совпадении ре­гионального демографического развития с общемировым. Самые высокие темпы роста в прошлом веке наблюдались в наименее на­селенных Западной Сахаре и Ливии, а наиболее низкие - в Тунисе.

СЕВЕРНАЯ АФРИКА

Таблица 6

Страны

% мусульман

1950 г.

2000 г.

2010 г.

2030 г.

2050 г.

млн. человек

Алжир

99

8,8

30,5

35,4

44.7

49,6

Западная Сахара

100

0,05

0,3

0,5

0,8

0,9

Мавритания

100

0.7

2,6

3,4

4,8

6,1

Ливия

97

1,0

5,3

6,5

8,5

9,8

Марокко

99

9,0

28,8

32,3

39,3

42,6

Тунис

99

3,5

9,5

10,4

12,1

12,7

Итого

 

23,01

77,0

88,5

110,2

121,7

Последний из выделенных здесь мусульманских регионов тоже африканский. Он состоит из десяти западно- и центрально-африканских стран, исламизация которых шла в основном через Северную Африку, начавшись после завоевания ее арабами в VII в. и существенно усилившись на рубеже двух тысячелетий. Общее число жителей региона в середине XX в. не превышало 60 млн., а в конце века вплотную приблизилось к 200 млн. человек (см. табл. 7). Прогноз Отдела народонаселения ООН состоит в том, что среднегодовые темпы прироста в XXI в., скорее всего, немного сократятся, с 2,4 до 2,0%. Это не помешает возникновению исклю­чительно крупного демографически (5,6% жителей планеты в 2050 г.) и обширного географически по преимуществу мусульман­ского ареала.  Особенно  будет выделяться своей численностью бывший «невольничий берег» - Нигерия (почти 300 млн.). Му­сульмане там, впрочем, составляют лишь половину населения, как и в Буркина-Фасо, Гвинее-Бисау, Сьерра-Леоне и Чаде.

Интересно, что устойчивой корреляции между процентом мусульман и темпами демографического роста этих африканских государств между 1950 и 2000 гг. в целом не наблюдается, хотя в полумусульманской Гвинее-Бисау увеличение численности жите­лей происходило существенно медленнее, чем в соседней почти полностью мусульманской Гвинее. В Нигере темпы были несколь­ко выше, чем в Нигерии, зато в мусульманском Мали они уступали показателям Буркина-Фасо и Чада.

Как следует из данных табл. 5, население Восточной Африки в середине прошлого века равнялось 60 млн. человек (2,4% миро­вого). За вторую половину столетия оно увеличилось в 3,6 раза, достигнув почти 220 млн. Численность жителей в главной стране региона - Египте росла несколько медленнее, очевидно под воздействием   государственной   политики   планирования   семьи (в 3,3 раза, на 2,4% в год). Более высокими темпами увеличивалось количество жителей Судана, но разброс в темпах естественного движения населения по странам был в целом невелик.

Средний вариант прогноза по региону свидетельствует о со­храняющихся потенциях высокого роста: к 2030 г. население должно превзойти планку в 400 млн., а к 2050 г. - в 500 млн. чело­век. Увеличиваясь в среднем на 1,8% в год, восточноафриканский мусульманский ареал почти догонит ареал Южной и Юго-Восточ­ной Азии, отставая от него в 1950 г. более чем вдвое. Доля региона в планетарном населении последовательно возросла с 2,4% в 1950 г. до 3,5% в 2000 г., а в 2030 г. составит 4,9%, в 2050 г. -5,7%. При этом скорость увеличения численности египтян должна замедлиться до 1,2% в среднем в год, но это замедление куда ме­нее значительно, чем в случае с Турцией и Ираном, которые при­мерно равны по величине населения с Египтом в 2000 и 2010 гг. Повышенными для региона темпами будет возрастать численность жителей в самых бедных и крупных государствах - Судане и Эфиопии (в последней почти на 2% в среднем в год). Если прогноз ООН оправдается, эта мусульмано-христианская страна превра­тится в одну из самых населенных в мире. Вместе с похожим по конфессиональной структуре Суданом она образует смежный ареал более чем в 250 млн. человек, а с Сомали почти 300 млн. В то же время рекордно высокими для региона являются как оце­ночные, так и прогнозные данные по полумусульманской Танзании.

ЗАПАДНАЯ И ЦЕНТРАЛЬНАЯ АФРИКА

Таблица 7

Страны

% мусульман

1950 г.

2000 г.

2010 г.

2030 г.

2050 г.

млн. человек

Буркина-Фасо

55

4,1

11,7

16,3

27,9

40,8

Гамбия

95

0,3

1,3

1,8

2,7

3,8

Гвинея

85

2,6

8,4

10,3

16,9

24,0

Гвинея-Бисау

45

0,5

1,3

1,7

2,5

3,6

Мали

90

4,3

10,5

13,3

20,5

28,3

Нигер

95

2,5

11,0

15,9

32,6

58,2

Нигерия

50

36,7

124,8

158,3

226,7

289,1

Сенегал

95

2,4

9,9

12,9

19,5

26,1

Сьерра-Леоне

60

1,9

4,2

5,8

8,9

12,4

Чад

54

2,4

8,4

11,5

19,0

27,8

Итого

 

57,7

191,5

247,8

377,2

514,1

Данные о семи мусульманских регионах сведены в табл. 8. Из нее видно, что в середине прошлого столетия в них проживало около 18% населения планеты. К последнему году XX в. доля ре­гионов выросла до 22%. Согласно среднему варианту прогноза ООН, ее увеличение продолжится: 23% - в 2010, 26 - в 2030 и 29% - в 2050 г. Таким образом, за столетие может произойти рост удельного веса населения стран и регионов с исламским большин­ством с менее 20 до почти 30%.

МУСУЛЬМАНСКИЕ АРЕАЛЫ 

Таблица 8

Регионы

1950 г.

2000 г.

2010 г.

2030 г.

2050 г.

млн. человек

Центральная Азия

20,3

63,6

70,4

83,8

89,7

Средне-Западная Азия

87,7

302,0

364,7

496,7

603,6

Южная и Юго-Восточная Азия

127,0

370,0

425,5

511,0

551,0

Юго-Западная Азия

20,5

101,1

132,6

194,4

245,8

Восточная Африка

60,2

217,0

273,9

405,0

525,6

Северная Африка

23,0

77,0

88,5

110,2

121,7

Западная и Центральная Африка

57,7

191,5

247,8

377,2

514,1

Итого

441,4

1322,2

1603,4

2178,3

2652,5

Население мира

2 529,0

6 115,0

6 908,0

8 308,0

9 150,0

Мусульманские ареалы, %

17,5

21,6

23,2

26,2

29,0

Характеризуя демографическую динамику исламского мира, необходимо обратить внимание на значительное число немусуль­ман среди жителей выделенных регионов. Особенно значительно оно в Западной и Центральной Африке, а также в Восточной Африке. Только в этих ареалах немусульман в 2000 г. было почти 125 млн. Вместе с отдельными странами в других регионах (Ка­захстаном и Малайзией) количество немусульман превосходило 140 млн. человек, или 11% населения. Но если подсчитать общее число мусульман в мире на 2000 г., то к получаемой за вычетом немусульман, проживающих в исламских ареалах, цифре в 1182 млн. нужно прибавить около 15 млн. мусульман в России, примерно столько же в Европе, где лидирует Франция (6 млн.) и балканские страны, прежде всего Албания. Небольшое число му­сульман живет в Новом свете, прежде всего в США.

Существенно пополняется общее число мусульман за счет Индии, где по данным переписи 2001 г. их доля равнялась 13,4%, а численность составляла 140 млн. человек. Серьезно разнятся оцен­ки количества мусульман в Китае. По используемым в этой статье данным ООН, их доля равна 1,5%, а численность около 20 млн. человек. Однако есть и более высокие оценки в 60 и даже 90 млн. Отметая эти крайности, сделаем вывод, что вне мусульманского ареала в конце XX в. насчитывалось около 200 млн. последователей Пророка Мухаммада, а общая их численность приближалась к 1,4 млрд. человек, равняясь примерно 23% мирового населения.

Повторим, что приведенные данные свидетельствуют о за­метном увеличении мусульманского «клина» в демографическом поле современного мира. В чем базовые причины этого явления? Прежде всего, очевидно, в том, что большинство мусульманских стран и регионов относится к числу менее богатых и индустриаль­но развитых, более аграрных и традиционных. Этими общими ха­рактеристиками объясняются, как правило, различия между по­ступательными темпами естественного движения населения в более продвинутых с социально-экономической точки зрения и в отстающих районах на современном этапе истории. Традицион­ность, граничащая иногда с глубокой отсталостью, примитив­ностью, создает общий фон, способствующий сохранению высокой рождаемости, которая при снижающейся смертности в основном за счет внешнего воздействия в виде применения дости­жений медицины и здравоохранения и служит главной причиной «ножниц» между смертностью и рождаемостью.

При этом нужно согласиться с тем, что каких-то особых ис­ламских моделей регулирования рождаемости и отношения к ре­продуктивному поведению в устойчивом и значимом виде не наблюдается. Предписания ислама как религии на этот счет совпа­дают с ограничителями и нормами, вводимыми иными религиоз­ными системами, в частности христианством, а также индуизмом, буддизмом, китайскими и другими народными верованиями, обра­зующими корпус правил и обычаев, регламентирующий отноше­ние к деторождению. А потому базовая причина ускоренного рос­та состоит, по всей видимости, в особом характере исламского микрообщества с его тендерной иерархией, т.е. подчиненным по­ложением женщины в семье и более широком кровнородственном сообществе.

Зависимое положение женщин отличает, без сомнения, и иные, не только исламизированные традиционные общества. Из­вестно также, что ислам на заре своего существования способство­вал закреплению за женщинами определенных прав в плане насле­дования и возлагал на мужчин' моральные обязательства по заботе о женщинах. Вместе с тем в отличие от таких религий, как иуда­изм, христианство, индуизм, буддизм, ислам санкционирует поли­гамию, облегчает для мужчин процедуру развода и закрепляет за отцом в таком случае преимущественное право на воспитание де­тей. К этому надо добавить ориентированность на всемерное расширение исламской культурно-религиозной среды. Помимо про­зелитизма, она проявляется в обычае мусульман брать в жены не­мусульманок с обязательным принятием ими ислама и воспитание детей от таких браков в мусульманской вере.

В увеличении численности последователей Пророка Му­хаммада с самого начала присутствовал и сильный политический компонент.

Представители других религий, как известно, облагались мусульманскими правителями специальным налогом-данью (джизией), их переход в ислам поощрялся властями.

Ускоренный рост количества мусульман по сравнению с расово-этнически и социально-культурно близким ему немусуль­манским населением можно проиллюстрировать многими приме­рами. Весьма наглядно он выявляется, если взять данные по Юж­ной Азии в границах колониальной Индии. Доля мусульман среди ее населения в 1870-1880-х годах не превышала 20%, к началу XX в. она перевалила одну пятую, а по переписи 1941 г. достигла 25%. К началу нынешнего столетия суммарное мусульманское на­селения Индии, Пакистана и Бангладеш составляло уже 31%, а к 2050 г., при сохранении текущих тенденций, должно приблизиться к 45%. При этом удельный вес мусульман в Республике Индия, согласно переписи 1951 г., едва превышал 10%, а по переписи 2001 г. равнялся уже почти 14%. Нынешнее правительство Индии учредило специальный комитет по изучению социально-экономи­ческого и образовательного статуса мусульман с целью, в частности, выявления причин относительно более быстрого их роста. Комитет не пришел по этому вопросу к однозначным выводам, подчеркнув объективный и трудно корректируемый характер де­мографических процессов.

Сочетание общих для традиционных развивающихся об­ществ и специфических факторов в общем виде, по-видимому, объясняет повышенную динамику роста мусульманского населе­ния. При этом многое зависит от конкретных стран и регионов, взаимодействия культурно-религиозных, социально-политических и эколого-экономических обстоятельств.

ПРОГНОЗИРУЕМАЯ ДИНАМИКА

Так или иначе, но исламский мир в демографическом плане ожидает в наступившем веке, по всей видимости, дальнейший рост. При этом он внесет свой вклад в продолжающееся увеличение народонаселения земли, хотя, как уже отмечено, происходить оно будет медленнее, чем во второй половине XX в. (0,8% средне­годового прироста против 1,8%, см. табл. 8).

Основная масса нового пополнения людей (97%) придется на менее развитые регионы, самые бедные и недостаточно быстро развивающиеся (временами и деградирующие) страны. В середине текущего века в более развитых регионах будет проживать 1,27 млрд., а в менее развитых - 7,87 млрд. человек.

Численность населения в последних в начале XXI в. возрас­тала в шесть раз быстрее, чем в развитых, а в наименее развитых 49 странах почти в десять раз быстрее. Такого рода диспропорции приведут, с одной стороны, к почти неизменной величине жителей в 30 экономически развитых государствах, включая Россию (она увеличится лишь на 81 млн. человек, да и то в основном, очевидно, за счет иммигрантов из менее развитых стран), а с другой - к раз­растанию демографических масштабов отстающих в развитии го­сударств и территорий с пяти до почти восьми млрд. человек.

В связи с тем, что ни одна мусульманская страна в соответ­ствии с трактовкой, принятой для целей демографического про­гноза ООН, не относится к развитому региону, отмеченные выше тренды в полной мере относятся к исламскому миру. Между тем показатели смертности, по прогнозам ООН, будут неуклонно сни­жаться и в менее развитых регионах, в том числе исламском. Не­смотря на воздействие эпидемии ВИЧ / СПИДа смертность будет убывать во всех странах, включая наиболее страдающие от нее африканские. Заметим, кстати, что от этой эпидемии страдают главным образом южные, немусульманские страны континента.

Средняя продолжительность жизни (величина дожития при рождении, рассчитанная из существующих на данный момент ко­эффициентов смертности) будет практически универсально моно­тонно возрастать. Причем это коснется даже таких бедных плотно населенных государств, как Бангладеш. Там уже в начале XXI в. средняя продолжительность жизни и мужчин, и женщин превыси­ла 60 лет, а в ближайшие десятилетия должна подняться до 70-75 лет.

Снижение смертности вызовет постарение населения и но­вые крупные проблемы для менее развитых государств. Одновре­менно будет нарастать их демографический вес. Но возрастная пирамида и средний возраст жителей изменятся в сторону превра­щения этих стран в более «солидные», с менее выраженным «мо­лодежным горбом» (доли людей в возрасте 15-25 лет). Этому же будет содействовать прогнозируемое плавное снижение рождае­мости в большинстве менее развитых государств, в том числе и мусульманских.

В середине текущего столетия, по весьма правдоподобным прогнозам, доля мирового мусульманства должна будет составить 33%, т.е. мусульманином будет каждый третий житель планеты. Их общее число приблизится к 3 млрд. человек. К концу текущего столетия, т.е. к 2100 г., на фоне небольшого сокращения мирового населения доля мусульман может возрасти до 37%, а численность достигнет 3,3 млрд. человек.

Основными составляющими ускоренного роста исламского мира будут два процесса — замедленное по сравнению с другими частями человечества сокращение рождаемости и демографиче­ская инерция, так называемый популяционный момент.

Оценивая демографическое будущее исламского мира, необ­ходимо учитывать вариативность прогнозов на длительную пер­спективу. Прогнозы Отдела народонаселения ООН, Бюро цензов США и других демографических организаций обычно состоят из целого спектра вероятностей, намечают наиболее низкие и высо­кие траектории, выявляя, как правило, средний вариант, считаю­щийся самым надежным. Однако все прогностические оценки строятся на базе предположения о линейности грядущих явлений. Поэтому только если абстрагироваться от возможности нелиней­ных, турбулентных «возмущений» (скачков и катаклизмов), можно утверждать, что исламский мир продолжит наращивать свои абсо­лютные демографические параметры и удельный вес в мировом населении.

Оправдано ли считать эти тенденции тревожными для меж­дународного порядка и мирового развития? Представляется, что для этого нет оснований.

Во-первых, потому что современный процесс демографиче­ской эволюции не обходит исламский мир стороной. В мусуль­манских странах и сообществах происходит хотя и менее быстрое в целом, но неуклонное сокращение рождаемости. Измеряемая средним числом рождений на женщину в возрасте от 15 до 49 лет, она снизилась за последние четыре-пять десятилетий с 7-8 до 2-3 в таких странах, как Тунис, Алжир, Египет, Ливия, Марокко. По сравнению с 1975—1980 гг. в Иране число рождений к 2000- 2005 гг. уменьшилось почти втрое. И в других мусульманских странах и регионах прослеживается пусть и не столь выраженная тенденция к определенному снижению.

Во-вторых, нужно учитывать раздробленность, разобщен­ность мира ислама, отсутствие в его составе явного лидера. Нали­чие многих центров притяжения, многополярность современной исламской цивилизации обостряют борьбу за лидирующие пози­ции, накладываясь на такие явные и скрытые противоречия, как соперничество суннитов и шиитов, арабов и неарабов, представи­телей соседствующих этносов, последователей различных сект и школ, сторонников разных идеологий и программ действий.

Наконец, в самом факте увеличения численности и удельно­го веса одной из существующих на земле мировых религий нет ничего необычного. На протяжении Нового времени по числу по­следователей в мире явно лидировали христиане, в первую оче­редь католики, сильнейшие позиции занимали представители ки­тайских этнических верований, а также индуисты. В XX в. сотни миллионов причисляли себя к нерелигиозным людям. Изменения в структуре религиозной принадлежности населения мира не несут сами по себе чего-то априори негативного. Такой момент появля­ется лишь под действием сил, стремящихся разыграть карту «по-пуляционной мощи».

Именно с этим связана идея «исламского наступления» и от­ветная задача его остановить. Очевидно, что и та и другая уста­новка не учитывают сложной взаимосвязи между геодемографией и геополитикой. Демография составляет лишь фон, подоплеку по­литических процессов. Религиозно-демографический ресурс зале­гает «глубоко» и трудно поддается тотальной мобилизации. Что касается региональных аспектов этноконфессионального ресурса, то он, безусловно, уже играет и будет в дальнейшем играть нема­ловажную роль в международно-политических процессах и конфликтах. Но и тут религиозная принадлежность остается одним из фоновых факторов далеко не решающего свойства.

«Исламский фактор в истории и современность», М., 2011 г., с. 47-62.

Социальные комментарии Cackle
Home