Реклама
В мире / Ближний восток

Как директор ЦРУ признался в поджоге на Ближнем Востоке

767

Как директор ЦРУ признался в поджоге на Ближнем Востоке

Директор Центрального разведывательного управления США Джон Бреннан признал, что американская администрация неверно просчитала последствия "арабской весны".

"Я думаю, в Вашингтоне, в том числе у некоторых представителей администрации, были очень нереалистичные ожидания, что "арабская весна" выдавит авторитарные режимы, а демократия начнет расцветать, потому что этого хотел народ", — цитирует Бреннана телеканал CNN.

Сама политика "экспорта демократии", по его признанию, была ошибочной, поскольку "концепт демократии в действительности не был укоренен во многих людях, культурах и странах".

Бреннан заявил также, что ввод американских войск в Ирак в 2003 году послужил "причиной, которая привела к насилию и кровопролитию в этой части мира", а их вывод в 2011 году способствовал формированию и усилению террористической группировки "Исламское государство" (ИГ, запрещена в России).

"Если бы тогда мы знали, что мы знаем теперь о том, что ИГ удалось сделать с точки зрения такого взрывного роста в Ираке, а потом прорасти в Сирии, мы бы проводили тот же курс? Наверное, нет", — сказал глава ЦРУ, который покидает свой пост 20 января вместе с администрацией Барака Обамы.

Управляемый хаос

Барак Обама, вступивший в должность президента в 2009 году, выполнил свое предвыборное обещание и два года спустя вывел американские войска из Ирака. В том же 2011 году на волне массовых протестов произошли перевороты в Тунисе, Египте, Йемене, революционные выступления в Бахрейне. В Ливии при поддержке ряда стран Запада и Персидского залива был свергнут и в дальнейшем убит ливийский лидер страны Муаммар Каддафи.

Насильственная смена режимов и гражданские войны обернулись ростом нестабильности и террористической угрозы в регионе, а цели, провозглашенные революционерами, нигде не были достигнуты.

В 2014 году США и их союзники вынуждены были начать воздушную операцию против ИГ в Ираке и Сирии. Одновременно "на земле" помощь местным силам в борьбе с террористами оказывают несколько тысяч американских советников, инструкторов и военных специалистов.

Объективно было очень трудно предвидеть все те последствия "арабской весны", которые наблюдаются сегодня, пять лет спустя, считает генеральный директор, член президиума Российского совета по международным делам (РСМД) Андрей Кортунов.

"Можно было говорить о тенденциях, о неправильных оценках перспективы, но в полной мере предсказать то, что впоследствии произошло, вряд ли было реально. В отличие от войны в Ираке, в "арабской весне" Соединенные Штаты все-таки не были инициатором перемен — американские стратеги были застигнуты врасплох теми процессами, которые начали происходить в Египте, Тунисе и других странах. По большому счету, США вполне устраивал режим Хосни Мубарака в Египте, и насущной необходимости его менять у них не было", — утверждает аналитик.

"Арабская весна — продукт глубокой дестабилизации Ближнего Востока, которая, помимо объективных факторов, накапливавшихся там очень долго, имела и внешние причины. Разрушение иракского государства, навязывание извне неких демократических процедур, в частности, выборов в Палестине, в результате которых к власти пришло движение ХАМАС, специфическая дипломатия давления с целью изменения режимов. Все это вместе привело к расшатыванию и без того сильно обветшавшего  механизма целого ряда государств", — говорит председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике Федор Лукьянов.

По его мнению, хотя и нельзя утверждать, что "арабская весна" стала исключительно продуктом американской внешней политики, но необходимо признать, что Вашингтон весьма серьезно "приложил руку" к созданию хаоса на Ближнем Востоке в расчете управлять им. Но хаос вышел из-под контроля. Дальнейшие действия США в Ливии, Сирии лишь усугубили ситуацию, полагает эксперт.

Испорченный телефон

Ошибки политиков базируются на ошибках тех, кто подготавливает почву для их решений, и разведывательные службы, создающие информационную базу для них, играют первостепенную роль. Получается, что, признавая ошибки политического руководства, Бреннан объективно признает ошибки, допущенные и его ведомством.

Провалы и просчеты в деятельности разведок ведущих стран мира, которые дорого обходятся целым народам, — к сожалению, обычное явление, утверждает директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семен Багдасаров.

"Достаточно вспомнить советскую политику в Афганистане — я имею в виду не сам ввод войск, а последующие действия, когда пытались реформировать политическое устройство страны, отказаться от поддержки Народно-демократической партии (НДПА), назначить министром обороны полевого командира Ахмад Шаха Масуда, предприняли еще целый ряд ошибочных шагов", — напоминает Багдасаров.

Итог известен: в 1988 году советские войска оставили Афганистан, и не успевшая окрепнуть, расшатанная и ослабленная многолетней войной страна очень скоро оказалась во власти Талибана. Почти четверть века спустя похожая судьба постигла Ирак.

"Вся проблема в том, что разведывательные службы существуют и действуют не независимо от политического руководства — они встроены в государственную машину и политизированы. Даже если в аналитических центрах работают высококлассные специалисты, трезво оценивающие ситуацию и последствия тех или иных действий, то их голоса неизбежно тонут в потоке той информации, которую хотят получить "наверху", — поясняет Семен Багдасаров.

В своих мемуарах Джордж Тенет, возглавлявший ЦРУ при президентах Билле Клинтоне и Джордже Буше-младшем, очень подробно описал механизм возникновения подобных заблуждений, напоминает Федор Лукьянов.

Речь, по его словам, вовсе не идет о сознательном искажении информационной картины того или иного явления — непрофессионализм обычно проявляется не в том, что специалисты неправильно понимают происходящее, а в том, что они вынуждены отрабатывать заранее намеченные политиками решения, подгоняя под них свои выводы.

"Любой бюрократический орган, каковым, вне всякого сомнения, является и ЦРУ, работает по заказу политического руководства и всегда пытается ответить за запрос, который идет сверху. Тогда, когда готовилось американское вторжение в Ирак, запрос этот состоял в том, что необходимо было доказать наличие у Саддама Хусейна оружия массового поражения. В итоге доклад, который изначально это не утверждал, после многократного выхолащивания одного и добавления другого постепенно превратился в документ, позволяющий допустить, что такое оружие все-таки есть", — поясняет Федор Лукьянов.

В случае с "арабской весной" ситуация была очень похожей, утверждает он. По обе стороны Атлантики звучало немало трезвых голосов, предупреждавших о тяжелых последствиях американской политики на Ближнем Востоке. В декабре в интервью телеканалу НТВ президент России Владимир Путин напомнил, в частности, что академик Евгений Примаков выступал с такими предупреждениями. Однако "политический заказ" был другим — в самом начале своего президентства в памятной речи в Каирском университете Барак Обама заявил о необходимости перемен в мусульманском арабском мире. И вся дальнейшая политика Вашингтона строилась на том, чтобы подтвердить и продемонстрировать ход этих мирных (поначалу) перемен.

Разумеется, ЦРУ не могло оставаться в стороне.

"Вокруг Обамы всегда было довольно много людей, играющих на его представлениях о мире и о том, как надо строить политику. И хотя в ЦРУ много очень компетентных, знающий людей, но процесс фильтрации информации, самоцензуры привел к тем результатам, о которых сейчас Бреннан с некоторым опозданием и говорит", — утверждает Андрей Кортунов.

Время раскаяния

Откровения Джона Бреннана напоминают "дембельский аккорд", своего рода подведение итогов службы на посту директора ЦРУ, считает Семен Багдасаров.

"Он говорит то, что не мог сказать в период своей службы, а теперь, когда до истечения срока его полномочий остаются считанные дни, заявляет: да, были ошибки. Чтобы потом говорить: я был честен. Таким образом, он пытается сохранить лицо для возможной будущей карьеры", — говорит Багдасаров.

"Налицо попытка Бреннана успеть встроиться в новый внешнеполитический тренд, обозначенный избранным президентом Дональдом Трампом. Он неоднократно заявлял, что Соединенные Штаты не должны заниматься сменой политических режимов, что Ближний Восток — не зона американских интересов, что главной задачей должна стать борьба с международным терроризмом. Это соответствовало настроением американского электората, проголосовавшего за Трампа. И теперь, уходя, глава ЦРУ оставляет своему будущему преемнику что-то вроде политического завещания, призывая его учиться на своих ошибках", — говорит Андрей Кортунов.

Аналитик не исключает, что заявление директора ЦРУ имеет под собой и другой — сугубо бюрократический — смысл. Он состоит в том, чтобы сохранить на своих местах значительную часть персонала, судьба которого еще не решена президентом, а также подчеркнуть ценность самого ведомства, которому теперь придется участвовать в жесткой конкурентной схватке за бюджет.

Эксперты отмечают: откровения Бреннана за несколько дней до инаугурации Трампа указывают, как минимум, на то, что и в уходящей команде Обамы появились люди, поверившие в скорые перемены в политике своей страны.

Владимир Ардаев

Смотрите также:
Социальные комментарии Cackle
Home